Перейти к комментариям Версия для печати изменить цвет подачи. Сделать шрифт жирным. Альтернативный просмотр. Увеличьте шрифт. Уменьшите шрифт.

Воспоминания благодарной невестки

Темы

Об авторе


Подписка
Автор
  . 21 февраля 2014

23 февраля текущего года известному ученому, академику Гамиду Араслы, моему любимому свекру, отцу моего мужа – Эльмана Араслы, будь он жив, исполнилось бы 105 лет. Но люди, к сожалению, редко живут так долго, даже в Азербайджане. Тем более представители поколения наших отцов, которым досталось совсем не легкая судьба: сиротливое детство, революция, война, послевоенная разлука.
В связи с этой значительной датой мне захотелось еще раз вспомнить те, к сожалению, нечастые встречи, которые я имела счастье иметь с этим замечательным человеком. Ненадолго вернуться в прекрасное далекое и поднять из глубин памяти знаковые события, которые, словно верстовые столбы, убегают назад от летящей вдаль со все убыстряющейся скоростью моей жизни. Прекрасно помню тот день, когда познакомилась со своим будущим свекром. К этому времени Эльман активно ухаживал за мной, ежедневно встречал у ворот института, провожал домой и оказывал всяческие знаки внимания. Он уже успел “случайно” показать меня своему близкому другу, много лет спустя трагически погибшему во время печально известного взрыва вертолета Рафику Мамедову, который твердо сказал ему: “Женись”.
Это случилось в 1959 году – день моего 22-го дня рождения. Был чудесный майский день. Теплое московское солнце плескалось в окнах домов и автомобилей, создавая праздничное настроение. Такое же было и у меня на душе. Мой кавалер подарил мне несколько букетов душистых ландышей (тогда они еще не были занесены в Красную книгу), и я порхала, словно бабочка. Проходя мимо гостиницы “Москва”, Эльман предложил мне навестить его знакомых, накануне прилетевших из Баку. Мы поднялись на лифте, зашли в номер и… я предстала перед своими будущими ближайшими родственниками, – Гамидом Араслы и его супругой Баладжой ханум.
Это было так неожиданно, что я зарделась и не знала, куда девать свои руки. Встреча продлилась недолго, но показалось бесконечной. Я чувствовала себя как на экзамене. Моя будущая свекровь молча, не отрываясь, сверлила меня глазами, а я ежилась, сидя на стуле. А вот Гамид муаллима я полюбила сразу. Он ласково смотрел на меня, тепло улыбался, и я видела, что он сочувствуют мне. Перед уходом мой будущий свекор принес голубую коробочку, и Баладжа ханум надела на мое запястье часы-крабы (в то время это был “писк” моды, и я с гордостью показывала их подругам в институте).
Гамид муаллим прилетел в Москву на Неделю азербайджанской культуры в составе делегации интеллектуальной элиты республики. Ее представляли Мамед Ариф Дадашзаде, Мир Джалал Пашаев, Мехти Гусейн и другие. Некоторых из них сопровождали жены, подруги Баладжа ханум. Прилетела и супруга Самеда Вургуна.
Мероприятия проходили на различных площадках, а открытие – в Большом театре. В свободное время мужчины занимались своими важными делами, а женщины, как ныне говорят, – шопингом. Позже я поняла, что не зря свекровь сверлила меня взглядом. Она, кроме всего прочего, прикидывала мой размер, чтобы приобрести подарки для будущей невестки. Я помогала новым знакомым, стараясь произвести самое лучшее впечатление, а они изучали мои достоинства и недостатки. И все эти дни я ощущала поддержку Гамид муаллима и чувствовала, что он уже принял меня в свою семью. В те же дни состоялось знакомство родителей Эльмана с моим отцом Али Амираслановым. Мужчины сразу нашли общий язык, и я видела, как папа был рад породниться с этим человеком. Перед отлетом в Баку Гамид муаллим поцеловал меня и назвал “доченькой”. Свадьба состоялась в зеркальном зале гостиницы “Прага”, тогда самом престижном в Москве. Мои новые родители приехали с друзьями и моим любимым дядей Мехбалы Амираслановым, отягощенные кучей подарков. Не обошлось и без генерала. Академик Имам Мустафаев привел с собой трижды Героя Советского Союза И.Кожедуба.
Вторая свадьба состоялась в Баку во время моих студенческих каникул, в доме родителей Эльмана. Гостей было так много, что просторная квартира еле вмещала всех приглашенных (тогда не справляли свадьбы на стороне, не считая ресторанов, да и специальных помещений для этого не существовало). Гамид муаллим сиял от счастья. Свекрови было не до эмоций. Она суетилась, посылала все новые и новые блюда, хотя стол и так ломился от яств (в те времена при тотальном дефиците это было совсем не просто).
Баладжа ханум была великолепной хозяйкой, чем славилась в Баку. Она могла организовать экспромтом достойный стол за несколько минут, что меня всегда поражало. Она научила меня готовить большинство азербайджанских блюд и многому другому, что так необходимо молодой начинающей хозяйке. Фактически она заменила мне мать, которую я потеряла в раннем детстве. Кстати, я стала называть родителей мужа “мамой” и “папой” сразу, по собственной инициативе, без всякой просьбы с их стороны, в отличие от мачехи, которую мой детский язык никак не поворачивался называть этим именем. Это получалось как-то само собой.
Родители мужа были совсем разные, однако жили в полной гармонии друг с другом. Свекровь – быстрая, властная, временами резкая, всегда готовая прийти на помощь. Свекор – мягкий, с тихим голосом, умеющий слушать и сопереживать, безразличный к трудностям быта, абсолютно неприхотливый в еде и, конечно, трудоголик, как, впрочем, и его жена. Свекровь содержала дом и дачу в идеальном порядке, не считая письменного стола мужа, к которому ей было велено не прикасаться. Наблюдая, как она организовывала быт в семье, отношения с соседями и друзьями, я понимала, что она могла бы стать незаменимым администратором в любой солидной организации. Бывали случаи, когда она звонила министру или большому руководителю, чтобы помочь кому-то, и, что удивительно, к ее просьбам прислушивались.
Гамид муаллим, сколько помню, имел много учеников в Азербайджане, Узбекистане и других республиках. И всегда, не жалея времени и сил, помогал им в учебе и нередко в быту. Однажды он оказался в Армении в качестве делегата на какой-то конференции. Во время перерыва к нему подошел молодой азербайджанец, житель Еревана, и посетовал, что ему ставят всяческие препоны в его работе. Недолго думая, свекор предложил парню переехать в Баку. С конференции они вернулись вместе. Мирали Сеидов остался в доме Араслы. Свекровь согласилась с мужем. Он прожил несколько лет в их семье. Позже этот филолог-востоковед стал академиком. К сожалению, он тоже ушел из жизни. Все студенческие годы у них проживала и Нателла, родная сестра известного востоковеда Рустама Алиева. Эту девушку уже застала и я. Были и другие, которых он учил, опекал и, видя их желание работать, продвигал по службе.
В сентябре 1960 года я родила сына Джангира. Все члены нашего разросшегося семейства были в восторге. Еще в роддоме в Москве у меня возникли некоторые проблемы со здоровьем, поэтому свекор со свекровью срочно вызвали меня с ребенком в Баку. Помню, как меня поразила огромная толпа на перроне вокзала. Как оказалось, большинство из них встречали нас (еще бы, первый внук Гамид муаллима, да еще от единственного сына). Счастливый дед вошел в вагон, взял из моих рук драгоценный кулечек и уже до приезда домой никому его не доверял. Нам выделили большую комнату, смежную с его кабинетом, куда он периодически заходил, с улыбкой наблюдая за внуком. Он всегда поддерживал меня в противостоянии с некоторыми членами семьи по воспитанию сына. И когда я вводила в рацион его питания разные соки, и когда укладывала днем спать на балкон в довольно холодную погоду.
В 1962 году моему мужу предложили выехать в длительную командировку в Египет. В то время это была большая удача для молодого специалиста. Нашему сыну исполнилось всего полтора года, и врачи настоятельно рекомендовали не брать ребенка с собой в жаркий климат пустыни. Это был очень тяжелый момент для меня. Я не представляла, как смогу жить без моего любимого сына. Но родители мужа приободрили меня и через день уже были в Москве. А неделю спустя увезли Джангира в Баку.
В Каире я очень тосковала по сыну. Мне все время казалось, что что-то случилось с ним, что он забыл нас. А однажды мне приснилось, что сын упал с трехметровой высоты с каменной неогороженной площадки на даче. Тогда телефонные переговоры из-за границы были практически недоступны, и я каждый день писала письма, хотя отправляла их раз в неделю Аэрофлотом. И вот в очередную почту мы получили письмо из Баку, в которое мой свекор положил две фотографии. На одной из них наш малыш на четвереньках подползает к новенькой ограде площадки. На другой – Гамид муаллим с Джангиром на коленях. В руках у свекра наша фотография, где изображены мы с мужем и нашим сыном. Вот так тонко и надежно он сумел убедить нас, что мы не забыты, и все под контролем.
(Продолжение следует)

Воспоминания благодарной невестки
оценок - 8, баллов - 4.25 из 5
Рубрики: Новости | Память

RSS-лента комментариев.

К сожалению комментарии уже закрыты.