Перейти к комментариям Версия для печати изменить цвет подачи. Сделать шрифт жирным. Альтернативный просмотр. Увеличьте шрифт. Уменьшите шрифт.

Политического юго-востока Украины больше нет

Темы

Об авторе


Подписка
Автор
  . 23 апреля 2014

Московская пропаганда получила еще один удар

Сложился не без влияния кремлевских пропагандистов довольно устойчивый стереотип о существовании двух частей Украины. Одна – западная, по новой московской терминологии, “бандеровская”, вторая – русскоязычная и пророссийская. Маркером последней является то обстоятельство, что большинство жителей там говорят на русском языке.
В географическом и административном смысле Украина делится на четыре больших региона: запад, центр, восток и юг. При этом запад и центр – в основном украиноязычные, восток и юг – русскоязычные. Такое рассмотрение всегда было довольно условным. В частности, на востоке и юге русскоязычными были в основном города, села и малые города оставались украиноязычными. Столица Киев, которая всегда выделялась в отдельную административную единицу, хотя географически больше относится к северу или центру, в своем большинстве является русскоязычной.
Языковые различия никогда не совпадали с политическими предпочтениями граждан. События на Майдане зимой 2013-2014 гг. это наглядно продемонстрировали. Хотя в центре столицы Украины противники власти президента Януковича были представлены всеми регионами, в том числе Донбассом и даже Крымом, основную тяжесть борьбы с режимом вынесли киевляне. Социологические опросы четко зафиксировали, что среди майдановцев только 50% было из западных и центральных регионов, остальные – с востока, юга и Киева. В самые острые моменты противостояния 19-21 февраля по разным причинам большая часть бойцов Майдана были киевляне. Нисколько не преуменьшая вклад всех в свержение криминального режима, надо, тем не менее, сказать, что без поддержки столицы этого никогда бы не произошло.
Теперь о языке. На Майдане количество украиноязычных и русскоязычных, если не считать киевлян, было примерно одинаковым. Люди делились не по языку общения, с этим не было никаких проблем и никаких трений на этой почве не возникло ни одного раза. И даже в столь ненавистном российской пропаганде “Правом секторе”, вернее, в организациях, его составляющих, доля русскоязычных была и остается весьма значительной. Об этом никогда не напишут в российской прессе, даже либеральной, но это объективный факт.
Нам уже приходилось отмечать, что большинство русскоязычных граждан Украины являются ее патриотами и никакой симпатии к путинскому режиму не испытывают. Более того, появилось явление под названием “русскоязычный украинский националист”. Оно всячески приветствуется и поддерживается организациями националистического уклона. Кстати, последние никогда не ставили своей целью украинизировать русскоязычных.
Если обратиться к истории украинского националистического движения, которое в России называют бандеровским, хотя оно гораздо более многогранное, то в отношении к национальным группам они придерживались сходной идеологии.
В политическом смысле, по представлениям идеологов и руководителей украинских националистов, национальные меньшинства делились на три группы.
Первая: поддерживающие независимое украинское государство. Их, независимо от языка, культуры, религии, относили к друзьям и отношения строили по-братски.
Вторая: относящиеся к украинскому государству нейтрально, против не выступающие, не борющиеся с ним. Им обеспечивались мирная жизнь и все гражданские права.
Третья: открытые и скрытые враги независимой Украины. С ними велась непримиримая борьба всеми доступными методами.
Это были не просто лозунги, а реальная практика на территории, которую контролировали в ходе Второй мировой войны подразделения Украинской повстанческой армии (УПА) и других отрядов националистов, в нее не входящих.
Интересно, что по национальному принципу строились и соответствующие подразделения, в частности, УПА. В ней были русские, татарские, узбекские батальоны и роты. В том числе и еврейские. Почти 90% врачей в УПА были евреи. Такое построение было вызвано практическими соображениями. Среди татар, узбеков и т.д. практически никто не знал украинского языка, многие не знали или знали плохо и русский язык. Проще было их свести в мононациональное подразделение, которым командовал человек, знающий русский и национальный языки. Что касается русских, то многие, особенно офицеры, воевали в разных подразделениях УПА.
Возвращаясь от небольшого исторического экскурса в наши дни, рассмотрим результаты социологического опроса, проведенного по заказу авторитетного еженедельника “Зеркало недели” Киевским международным институтом социологии 8-16 апреля 2014 года. Опросом был охвачен так называемый юго-восток. В него вошли Харьковская, Донецкая, Луганская, Запорожская, Днепропетровская, Херсонская, Николаевская и Одесская области.
События на Майдане как “вооруженный государственный переворот” в Донецкой области расценивают 70,5% опрошенных, в Луганской – 61,3%. Однако дальше мнения серьезно меняются. В Харьковской области таких только 42,6%, в Запорожской – 38,3%, в Одесской – 37%, в Днепропетровской – 31,2%, в Херсонской – 30%, в Николаевской – 23,6%.
В ответе на вопрос: “Следует ли вашей области отделиться от Украины и присоединиться к России?” отрицательный ответ дали в Донецкой области – 52,2%, в Луганской – 51,9%, в Харьковской – 65,6%, в Запорожской – 81,5%, в Одесской – 78,8%, в Днепропетровской – 84,1%, в Херсонской – 84,6%, в Николаевской – 85,4%.
Приведенные данные наглядно показывают серьезные расхождения в политических представлениях жителей областей юго-востока. Ничего удивительного в том, что в Донецкой и Луганской областях Майдан рассматривают как государственный переворот. В течение длительного времени в средствах массовой информации внушалась мысль, что Донбасс кормит всю страну, а на Майдане собрались бездельники. При этом сознательно скрывался тот факт, что Донецкая область производила 13% ВВП страны, а получала дотаций из государственного бюджета 23%. Для сравнения: Днепропетровская область давала 12% ВВП, а получала только 4%. Вполне естественный вопрос “Кто кого кормит в Донбассе?” задавать не принято.
Второй аспект относится к психологическому. Янукович был свой, и есть некоторый элемент обиды в том, что произошло. Тем не менее, его законным президентом в Донецкой области считают 32,4%, в Луганской 27,6%, в Днепропетровской – 14,8%, в Запорожской – 15,8%, в Херсонской – 9,1%. Так что возвращаться Януковичу в Украину просто некуда. Нигде его видеть не хотят.
Проблемы в отношении языка в Донецкой области видят 9,4% опрошенных, в Луганской – 12,7%, в Днепропетровской – 2%, в Запорожской – 2,5%, в Николаевской – 4,5%. в Одесской – 4%, в Харьковской – 7,7%, Херсонской – 7,9%. Эти цифры полностью разбивают все доводы защитников русского языка в Украине. Даже в оппозиционно настроенных регионах в отношении нынешней киевской власти языковые проблемы есть только у примерно 10-12% опрошенных. Характерно, что в Днепропетровской и Запорожской областях таких вообще очень мало – 2-2,5%.
Из этого следует еще один вывод. Вводить второй государственный язык нет никаких оснований. Все игры вокруг этого вопроса – либо пропаганда российского замеса, либо попытки Партии регионов и коммунистов в обстановке их серьезной дискредитации хоть что-то выудить в мутной воде напряженной обстановки.
Мы привели данные только небольшой части весьма пространного опроса. Даже из показанного следует, что в политическом смысле никакого украинского юго-востока не существует. Так называемые русскоговорящие области весьма различны, и приводить их к общему знаменателю нет никаких оснований.
Более или менее похожи Донецкая и Луганская области. Для этого есть экономические предпосылки. В двух регионах существенна роль угольной и металлургической промышленности. Металлургия развита в Запорожской и Днепропетровской областях, но ее удельный вес там значительно меньше. В Харьковской, Днепропетровской и Запорожской областях преобладает машиностроение, в том числе наукоемкое и современное, велико влияние военно-промышленного комплекса. Отсюда большая подвижность, возможность быстрее приспосабливаться к изменениям рыночных условий. Уже долгое время угольная промышленность в Донбассе была убыточной. Ее поддержка породила у значительной части населения патерналистский комплекс.
После известных событий в Киеве возникло опасение прекращения дотаций и неуверенности в завтрашнем дне. В других областях такие настроения проявляются гораздо слабее, отсюда и разное отношение к событиям близкого прошлого и возможного будущего.
Фактически можно говорить не о юго-востоке, а отдельно о востоке и юге Украины. В этом смысле Днепропетровскую и Запорожскую области целесообразно относить к центру страны.
И только в одном все регионы, о которых идет речь, практически едины. В них нет реальных сепаратистских настроений. В каждом регионе больше половины жителей хотят жить в едином украинском государстве и не хотят от него отсоединяться. Вторгнувшиеся российские войска никто с цветами встречать не будет, кроме небольшого количества оболваненных московской пропагандой.
Конечно, в Белокаменной предпочтут на данные цифры внимания не обращать. Если факты не соответствуют пропагандистским целям, то тем хуже для фактов. Однако такая политика в долгосрочной перспективе обречена. И чем скорее в Москве это поймут, тем лучше будет и для Украины, и для России.

Политического юго-востока Украины больше нет
оценок - 4, баллов - 5.00 из 5
Рубрики: Мир | Новости

RSS-лента комментариев.

К сожалению комментарии уже закрыты.