Перейти к комментариям Версия для печати изменить цвет подачи. Сделать шрифт жирным. Альтернативный просмотр. Увеличьте шрифт. Уменьшите шрифт.

Жизнь, прожитая в борьбе

Темы

Об авторе


Подписка
Автор
  . 24 мая 2013

Алимардан бек Топчибашев

Жизнь, прожитая в борьбе(Продолжение. Начало см. “Зеркало” от 4, 11 и 18 мая 2013 г.)
В конце июня 1917 года для руководства работой Национального комитета мусульман Закавказья и Бакинского комитета общественных организаций мусульман Топчибашев едет в Баку. В целях привлечения мусульман к политическим процессам в июне 1917 года в Баку вновь был создан Национальный комитет мусульман, председателем которого тайным голосованием был избран Топчибашев. После избрания на этот пост он превращается в центральную фигуру протекающих в регионе национальных процессов и до конца 1917 года, оставаясь во главе комитета, руководит политическим движением мусульман Кавказа.
К лету 1917 года общенациональный кризис в России обостряется. С целью стабилизации ситуации в стране Временное правительство во главе с Керенским 12 августа в Москве провело государственное совещание. Для участия в нем Бакинский комитет общественных организаций мусульман, выполняющий функции Национального комитета Закавказья, командировал Алимардан бека. Совещание начало свою работу 12 августа 1917 года в 3 часа дня в здании Большого театра. В нем участвовали 34 представителя мусульман Кавказа, Крыма, Поволжья и Туркестана. 13 августа ими было проведено заседание, где был обсужден доклад, подготовленный Топчибашевым. Здесь же было согласовано поручить Алимардан беку выступить от имени всех мусульманских организаций, представленных на совещании. 14 августа Алимардан бек выступил на совещании от имени представленных здесь Общероссийского Совета Мусульман, Общероссийского военного совета мусульман, выполняющего функции национального комитета Закавказья Бакинского комитета общественных организаций мусульман, Центрального комитета союза горцев Дагестана и Северного Кавказа, Совета Туркестанского края, Комитета Крымской губернии, Совета Киргизской и Башкирской губернии в качеств лидера мусульман всей России. Им было отмечено, что в нынешнее революционное время 30-миллионное мусульманское население со всех уголков России и вышеупомянутые мусульманские организации считают своим долгом обратиться с беспокоящими их вопросами к Временному правительству, а также ко всем народам революционной демократии и свободной России. Говоря о наиболее остром для России национальном вопросе, он выразил надежду на то, что близок день, когда в свободной и демократической России подобно странам Европы воцарятся идеи равенства и братства народов.
В завершении выступления Алимардан бек обратился к сидевшим в специальной ложе представителям зарубежных стран, в первую очередь Франции и Англии, с пожеланием того, что и они признают права своих мусульман на свободную политическую жизнь и самоопределение. Он отметил, что лишь в этом случае “мы восторженно в голос воскликнем: “Ex oriente lux!” – солнце восходит на Востоке!” По завершении совещания 21 августа Алимардан бек прибыл в Баку и день спустя на заседании Комитета мусульман информировал его участников о том, что происходило на московском совещании.
Октябрьский большевистский переворот 1917 года свидетельствовал об окончании либеральных преобразований в России. После свержения Временного правительства 15 ноября в Тифлисе прошло собрание политических организаций, действующих в Закавказье. Здесь был сформирован состав Закавказского комиссариата. Некоторое время спустя, 19 ноября, начал свою работу съезд грузинского Национального Совета, для участия в котором весь состав Центрального комитета мусульман Закавказья во главе с Топчибашевым направился в Тифлис.
23 ноября Алимардан бек выступил на съезде. В своем выступлении он коснулся вопросов политики новой власти по управлению Закавказским краем, обозначив связанные с этим ожидания мусульман. Он призвал грузинское население к совместным действиям во имя процветания всех народов Кавказа.
Начиная с осени 1917 года среди мусульман Закавказья под руководством Алимардан бека велась серьезная подготовительная работа к выборам в Учредительное собрание. После завершения собрания в Тифлисе азербайджанские представители прибыли в Гянджу. Здесь под председательством Алимардан бека был созван съезд по подготовке списка участников выборов в Учредительное собрание от Комитета мусульман и партии “Мусават”. Кандидатура Алимардан бека на выборы в Учредительное собрание, помимо Кавказа, была выдвинута также и из Сырдарьинской области, М.Э.Расулзаде – из Ферганской области, Н.Юсифбейли – из Амударьинской области. Это говорило о ведущей роли азербайджанских деятелей в политической жизни мусульман России.
Спустя две недели после создания комиссариата, 26-28 ноября, в Закавказье проходили выборы в Учредительное собрание. В ходе выборов большинство голосов мусульманского населения Закавказья было подано за список кандидатов от Национального комитета и партии “Мусават”.
22 января 1918 года избранные из Закавказья представители Учредительного собрания провели заседание в Тифлисе. В ходе двухдневного обсуждения ими было принято решение об учреждении регионального законодательного органа – Закавказского сейма, состав которого должен был быть сформирован на базе мест, полученных партиями в Учредительном собрании, с двукратным их увеличением. 23 февраля 1918 года начало работу первое заседание Сейма, тем самым в Закавказье была сформирована парламентская форма управления. Однако в то время Алимардан бек в связи с долгим лечением от острых болей в сердце не мог принимать участия ни в работе комитета, ни в Сейме.
Кровавые события, организованные силами армян и большевиков в марте 1918 года в Баку, оказались неожиданными для Алимардан бека. Мартовская резня мусульман в Баку, организованная силами Бакинского совета и дашнаками с целью захвата власти, была отражением отношения некогда декларировавшей право народов на самоопределение Советской России и в целом большевиков к Азербайджану. Накануне этих событий (29 марта) “Армянская национальная партия дашнаков” пригласила мусульманских деятелей для обсуждения организации совместной борьбы с большевиками и в течение ночи, кардинально изменив свои заявленные цели, сама обратилась в “большевиков”. Это оказалось сильным ударом для Алимардан бека.
Измена дашнаков придала событиям кровавый характер; начавшись 30 марта, в течение трех дней под лозунгом “борьбы с контрреволюцией” в Баку было убито 12 тысяч мусульман. Редакция газеты “Каспий”, с которой был связан большой отрезок жизни Алимардан бека, здание “Исмаилие”, типография стоявшей в авангарде национальной борьбы газеты “Ачыг сез”, центры Мусульманского благотворительного общества, мечеть “Тязяпир” и другие учреждения культуры, просвещения и религии были преданы огню; в городе было разрушено все, что олицетворялось с тюркизмом и исламом. Будучи свидетелем этих событий, Алимардан бек отмечал, что вооруженные армяне “нападали на мусульманские дома, а коих не щадили никого: ни стариков, ни женщин, ни даже детей… Армяне убивали мусульман, хотя бы последнии принадлежали к левым партиям: так было поступлено с несколькими мусульманами-докторами и педагогами…”
Революционный комитет обороны, сформированный большевиками в канун мартовских событий, 1 апреля предъявил ультиматум мусульманскому населению города, в котором от них требовалось признать до 3 часов дня власть большевиков и разоружить мусульманские вооруженные формирования. В случае неповиновения большевики угрожали продолжением военных действий. Понимая всю тяжесть положения мусульман, Алимардан бек, несмотря на свою болезнь, вместе с проводившими мартовские дни у него Агой Ашуровым, Моллой Гаджи Мирмовсумом, Гаджигусейном Тагиевым и Аббасгулу Кязимзаде отправились в гостиницу “Астория”, где в тот момент располагалась штаб-квартира Революционного комитета обороны. Спустя час здесь с участием иранского консула Хабибуллы хана они начали переговоры с большевиками и членами Армянского национального совета. В итоге четырехчасовых переговоров ими было подписано мирное соглашение с условиями признания власти большевиков и разоружения мусульманских вооруженных формирований. В ходе переговоров представители армян требовали от Алимардан бека 3 апреля вместе с Гаджи Зейналабдином Тагиевым отправиться на станцию Хырдалан и уговорить вернуться двигавшийся на Баку Дагестанский полк, сформированный из лезгин.
После прекращения военных действий, вечером 2 апреля, в доме Алимардан бека был проведен обыск, и 3 апреля он был арестован армянскими солдатами. Яков Николаевич Смирнов, служивший долгое время в Баку присяжным поверенным, в своих показаниях от 13 ноября 1918 года созданной азербайджанскими властями по поводу мартовских событий Чрезвычайной следственной комиссии отмечал: “Уже после мартовских погромов я узнал, что Алимардан бек Топчибашев арестован. Его содержали вместе с полковником бароном Остен-Сакен в маленькой комнате одной из городских школ, причем рядом с ними в большой комнате помещался караул исключительно из армянских солдат. Последние держали себя возмутительно, постоянно щелкали ружейными затворами, целый день и даже ночью пили, орали. Это я знаю из личного посещения Алимардан бека Топчибашева в арестном помещении. После больших усилий мне удалось через Джапаридзе (А.Джапаридзе – в тот момент председатель Исполнительного комитета Совета Рабочих, Солдатских и Матросских Депутатов – Дж.Г.) и Кожемяка (Д.Кожемяк – в тот момент председатель созданной большевиками Чрезвычайной комиссии – Дж. Г.) добиться того, чтобы Топчибашева освободили на поруки”.
После месячного содержания под стражей Чрезвычайная военная следственная комиссия большевиков освободила Алимардан бека под поручительство социал-демократической партии мусульман “Гуммет”. Однако его “свобода под поручительство” оказалась недолгой. Спустя несколько дней после освобождения по настоянию армян Алимардан бек вновь был арестован и помещен в Баиловскую тюрьму. Присяжный поверенный Я.Смирнов в своем свидетельском показании отмечал: “При посещении Алимардан бека Топчибашева в тюрьме я нашел его в удрученном состоянии духа и здоровья. Он заявил мне, что в первые сутки содержания его в тюрьме ему не давали абсолютно никакой пищи; сейчас он тоже голоден, и голодны все другие, находящиеся с ним заключенные в числе 30 человек. На Баилове Топчибашева содержали, по его словам, в ужасных условиях: он помещался в небольшой камере вместе с Ибрагим беком Гейдаровым; камера запиралась с 6 часов вечера до 7 часов утра, и на ночь в ней ставилась параша, из которой протекала жидкость на пол и заражала воздух страшным зловонием. После долгих хлопот мне и присяжному поверенному Леонтовичу (А.Леонтович в то время был одним из руководителей Русского национального совета в Баку – Дж.Г.), опять-таки через Джапаридзе, удалось добиться освидетельствования Топчибашева и Гейдарова через врачей, которые признали обоих действительно больными. После этого их по моей просьбе поместили в лечебницу доктора Ларионова (лечебное учреждение Р.А.Ларионова располагалось на пересечении Базарной и Губернской улиц), принадлежащую моей жене. К арестованным был приставлен караул, состоявший исключительно из армян, державших себя все время возмутительно. Мне пришлось ходатайствовать о замене армянского караула каким-либо другим. После этого на один день прислали караул из грузин, а потом стали присылать снова исключительно армян”.
Пробыв некоторое время в лечебнице, Алимардан бек был освобожден под поручительство. В период кровавых мартовских событий он находился на волоске от смерти, и после двух с половиной месяцев лишений арестантской жизни был выпущен под поручительство.
28 мая 1918 года, еще в то время, когда Топчибашев был в армяно-большевистском заключении, в Тифлисе уже было провозглашено создание Азербайджанской Демократической Республики, и национальное правительство прибыло в Гянджу. В состоянии глубокой безнадежности от всех произошедших с ним в последнее время событий Алимардан бек отмечал: “Я не угодил ни правительству Николая II, ни правительству большевиков, кои посадили меня в тюрьму. Посмотрим, что со мной сделает новое правительство”. Томимый такими противоречивыми мыслями, он в этот опаснейший период своей жизни искал пути выезда из временно оказавшегося в руках чужеземцев Баку.
В сформированном 17 июня 1918 года втором кабинете правительства Азербайджанской Демократической Республики в Гяндже Алимардан бек, в силу невозможности поддержания с ним постоянной связи, временно получил пост министра без портфеля. В момент формирования второго кабинета правительства Алимардан бек находился еще под большевистским арестом в Баку. И по этой причине не была определена та область, которой он будет руководить в качестве министра в правительстве Азербайджанской Республики.
(Продолжение следует)

Жизнь, прожитая в борьбе
оценок - 3, баллов - 4.33 из 5
Рубрики: История

RSS-лента комментариев.

К сожалению комментарии уже закрыты.