Перейти к комментариям Версия для печати изменить цвет подачи. Сделать шрифт жирным. Альтернативный просмотр. Увеличьте шрифт. Уменьшите шрифт.

“Я не могу остановиться…”

Темы

Об авторе


Подписка
Автор
  . 29 июля 2013

Завеpшен IX Бакинский международный фестиваль авторской песни

Я не могу остановиться...На днях состоялось награждение участников IX Бакинского международного фестиваля авторской песни. Среди победителей имена Ольги Васильевой и Михаила Гантмана, молодой супружеской пары из Москвы. Корреспондент газеты “Зеркало” побеседовал с ними после награждения.
- Поздравляем вас с победой! Вы выиграли в двух или даже трех номинациях: Ольга стала победителем в номинации “Лучшее исполнение авторской песни”, вы, Михаил, победили в номинации “Лучшая музыка авторской песни”, и дуэт получил “Приз зрительских симпатий”. Михаил, вы были номинированы и на VIII Бакинском фестивале?
- Спасибо за поздравление. Да, на прошлом фестивале мы были названы лучшим вокальным дуэтом. И есть еще один приятный момент этого года. Я впервые, к сожалению, Оля не смогла по обстоятельствам, участвовал в знаменитом Грушинском фестивале на Федоровских лугах и стал его дипломантом.
- Впервые на престижном бардовском фестивале, еще и юбилейном, и сразу успех?
- Оглядываясь назад, могу сказать, что прошел все три тура по чистой случайности. Любой конкурс во многом – лотерея! Конечно, от моего выступления что-то зависит, но три бригады судейства оценили две конкурсные песни абсолютно по-разному, единого оценочного критерия не было. При этом в жюри сидели довольно известные бардовские исполнители: Константин Арбенин, Александр Щербин, Марина Саркисова, к творчеству которых я сейчас прилаживаюсь, открывая для себя. На Грушинке у жюри нет одного эстетического критерия, общей парадигмы. Мнения были абсолютно противоположны. Я не говорю, что это неверно, я не даю оценок, я констатирую факт. Мне повезло, что, безусловно, приятно.
- Вы москвич? У вас есть бардовские корни, кто-то пел в семье?
- Да, я москвич. И, как сказал один мой знакомый, меня родили в авторскую песню. Мои родители слушали авторскую песню, и, соответственно, слушал ее и я с самого раннего детства. В каком-то смысле моя судьба была предопределена. Родители любили ездить на слеты бардов. Мама пела в кусте Замоскворечья в группе “Снеговик”. Я люблю песни классиков авторской песни, я их пою, это хорошо, с одной стороны, но с другой – для меня очень поздно открылась мировая классическая музыка, я поздно узнал джаз.
- По основной своей специальности вы педагог?
- Я работаю в школе-интернате для одаренных детей и интеллектуалов, преподаю химию и являюсь кандидатом химических наук. В нашем интернате учатся дети с повышенным интересом к учебе, вечные почемучки, тянущиеся к знанию. У таких ребят проблемы с адаптацией, социализацией. Мы берем их в интернат для того, чтобы привить навыки и сделать их полноценными членами общества, с одной стороны, а с другой, – чтобы им было комфортно получать знания в своей среде. Они любят учиться, но оказалось, что они любят и театр, и песни петь, и в футбол играть. В нашей школе есть всевозможные секции, в том числе и театральная студия, замечательная киностудия.
- Вы ведете театральную студию в школе…
- Да. В студии около 10 детей, в основном девочки. Очень трудно что-то ставить, потому что весь мировой репертуар написан в расчете на мужские роли. Поэтому мы ставим литературные инсценировки и композиции. В прошлом году поставили моноспектакль с моей замечательной ученицей Сашей Иглиной. Она принесла рассказ Юнны Мориц “Хлад, глад, свет”. В другом своем рассказе “Цветы моей матери” Юнна Петровна описывает тот же период эвакуации, где они с мамой делали для артели искусственные цветы из лоскутов, застиранных простыней, проволоки, клея, красок. “Чудесные цветочки кроила, красила и доводила до ослепительного изящества моя прозрачная от голода мать”. Тонкие, удивительно пронзительные воспоминания о военном детстве со стихами Ю.Мориц составили получасовую композицию. Мы показали спектакль в своей школе при полном зрительском зале.
- Вы хотите стать театральным режиссером?
- Я не могу остановиться! Это не вопрос, хочу я или не хочу. В какой-то момент просто жизнь начинает тебя вести. Сейчас меня активно тянет туда. Я не то что не могу, я не хочу этому сопротивляться! Это, действительно, моя реализовавшаяся детская мечта, моя любовь.
- Вы же сами играете на сцене…
- Да, уже восемь лет мы работаем с профессиональным режиссером и два года – в небольшой театральной студии, называемой театром песни “Собеседник”. Мы ставим спектакли для себя, потому что не ставить не можем. У нас есть свой зритель, незначительный, однако мы его ищем. У нас нет пока своего помещения, репетируем мы в основном в зале школы, где я работаю, но мы уверены, что все еще впереди. У нас была замечательная композиция “Что-то вроде любви” по песням разных авторов и прозе Юрия Визбора и Виктора Пелевина. Это был первый шаг, спектакль, с которого мы начали. Мы относимся к театру как к профессии. Да, у нас пока нет профессионального образования, нам не хватает школы по движению, по речи, по мастерству, но мы относимся к этому очень честно.
- Кто ваш режиссер?
- Сергей Рубашкин. Он как раз профессионал, получивший четыре высших образования. Он окончил сначала в Ленинграде “Гидромет”, потом учился в классе Юрия Лореса в ГИТИСе и прошел полный курс обучения. Затем учеба в Санкт-Петербургском гуманитарном университете профсоюзов на актерском факультете, это были курсы известных мастеров сцены и актерского искусства Романа Громадского и Сергея Заморева. Сергей Рубашкин служил в театре “Балтийский дом” несколько сезонов. И снова Москва, заочный курс на режиссерском факультете ГИТИСа в мастерской Сергея Арцибашева. У нашего режиссера всегда была мечта – организовать свой Театр песни, с нами, надеемся, его мечта осуществится.
- Желаем осуществиться красивой мечте. Что ставит театр “Собеседник” сейчас?
- Мы поставили спектакль по произведению Евгения Аргановича “Сочельник в 41-м”. Сергей Рубашкин сам читает поэму Александра Галича “Кадиш”. Мы играем два спектакля вместе, назвав это “День Победы”. В этом же году выпустили спектакль по произведению Александра Володина “Дневник неудачника, или Стыдно быть несчастливым”. Это огромная работа последних двух лет, мы сами писали песни на стихи Володина, сами искали музыкальное оформление, и музыка у нас звучит, не побоюсь этого слова, гениальная. Это фонограмма записи Сергея Никитина и Петра Тодоровского, где они исполняют джаз, какие-то советские песни. Музыка пахнет шестидесятыми, для нас это время, которое мы не застали, но нам дороги люди, которых взрастило то время. Мы в мае сыграли открытую предпремьеру, в сентябре-октябре мы сыграем настоящую премьеру. Надеемся, она будет удачной!
- Желаем удачи. А сколько актеров в театре?
- Нас пока четверо. Я с Олей, а также Татьяна и Виталий Басенок. От нас недавно ушел в другой театр Алексей Ушаровский, а до этого еще несколько актеров, из-за чего собственно был снят спектакль “Что-то вроде любви”, но мы продолжаем работать и готовимся к премьере.
- Вы назвали имена победителей конкурса бакинского фестиваля. Оля, расскажите о себе.
- Я родилась в Красноярске, где окончила среднюю школу. После школы уехала жить и работать в Москву. Здесь я попала в класс Юрия Лореса, это было мое огромное желание. Мы были знакомы по бардовским фестивалям, и он был готов со мной заниматься режиссурой песни.
- У вас в семье есть традиции авторской песни?
- Да, мой отец – автор. Геннадий Васильев из Красноярска, есть еще один его однофамилец из Челябинска, прошу не путать. Известные песни моего отца – это романс, посвященный Булату Окуджаве, песня “Как расточительно живем” и стилизация под дворовую песню о теоретическом физике и пианистке. Он бывал на Грушинском фестивале, выступал, правда, не могу утверждать, что именно на Горе, но петь на Грушинке ему доводилось. Я тоже бывала на Грушинке лет десять назад, но в качестве зрителя.
- Оля, вы берете уроки вокала?
- Спасибо, конечно, природе. Но я занималась в Красноярске в музыкальной школе. В Москве беру уроки вокала у Анастасии Модестовой, закончившую Гнесинское училище, участницы проекта “Вокал-бэнд”. Она известна и по выступлениям с популярным актером Михаилом Козаковым. Мой педагог тонко чувствует слово, его поэтическое и эмоциональное звучание.
- Ребята, у вас, оказывается, есть персональный сайт в Интернете, он так и называется “Студия “Театр песни “Собеседник”?
- Да, сайт работает. Там обычные рубрики: репертуар, новости театра, фотографии, контакты. О нас можно узнавать на сайте.
- Мне интересны ваши поэтические и музыкальные пристрастия. Поведайте о них…
- (Михаил) Как это ни банально прозвучит, в музыке на первом месте для меня Иоганн Себастьян Бах. Недавно начал открывать светлой радостью для себя Модеста Мусоргского. И мне посчастливилось услышать его произведение “Ночь на Лысой горе” не в классической оркестровке Римского-Корсакова, а в оригинальной композиторской трактовке. Играл Большой симфонический оркестр имени Юрия Силантьева под управлением Владимира Юровского, представителя знаменитой музыкальной династии. Его оркестр звучал как один единственный инструмент. Вообще, музыка М.Мусоргского – это оркестр XXI века. Это современно, мощно, это про то, почему мы сегодня так живем. Люблю музыку Дмитрия Шостаковича, оперы Моцарта и Франца Шуберта. В поэзии люблю многих авторов, но наиболее теплым считаю сейчас Бориса Пастернака. Мне иногда от него больнее, чем от новатора и гения Иосифа Бродского. Строчку Пастернака “Я от тебя не утаю, ты прячешь губы в снег жасмина” считаю просто гениальной. Подхожу к глыбе поэта Осипа Мандельштама, но она трудна для меня с его аллюзиями и ссылками, мне не хватает образованности. И, бесспорно, как это ни просто и заезжено, гений Александра Пушкина. Я услышал его, открыл для себя только сейчас. И, наконец, Владимир Маяковский. Он такой разный и такой гениальный во всех своих ипостасях. И трибун, и лирик, и задира, и юморист, и философ. Объем и красота этого человека просто неисчерпаемы. Мой роман с поэзией Владимира Маяковского только начинается.
- Оля, а вы молчите?
- Просто я во многом согласна с Мишей. Мой музыкальный мир составляет огромное количество авторов, да, это и Бах, это и романтическая музыка, это и менестрели, это и Вивальди, Шопен, Моцарт, очень люблю Сергея Рахманинова. Я разучиваю и играю на фортепиано его новые вещи до сих пор. В поэзии люблю читать Александра Пушкина, Анну Ахматову, Юнну Мориц.
- А среди классиков авторской песни кого бы выделили?
- (Михаил) Для меня очень важны все классики бардовского движения, я слышу их голоса с детства, на это и настроен. Мне дороги они все без исключения! Но два человека сыграли огромную роль в моей творческой судьбе. Это Юрий Львович Лорес и Сергей Яковлевич Никитин. Юрий Лорес – мой учитель, он меня слепил и создал, а настроил и показал путь Сергей Никитин. Так случилось, что я попал на мастер-класс к Никитину, и после произошел огромный рывок в творчестве.
- (Ольга) Я многому научилась у Юрия Львовича, считаю его своим учителем. Музыку классиков авторской песни люблю и также много слушаю, черпаю для себя, открывая все новое и новое.
- До свидания, ребята. До новых встреч в Баку.
- Спасибо. Мы жаждем снова вернуться в Баку. Это наш маленький секрет, но мы его открываем для вас впервые.

“Я не могу остановиться…”
оценок - 0, баллов - 0.00 из 5
Рубрики: Культура

RSS-лента комментариев.

К сожалению комментарии уже закрыты.