Перейти к комментариям Версия для печати изменить цвет подачи. Сделать шрифт жирным. Альтернативный просмотр. Увеличьте шрифт. Уменьшите шрифт.

Сара Назирова: “…об Ашрафе Мураде, Мирджаваде и Расиме Бабаеве я написала сценарий более четверти века назад”

Темы

Об авторе


Подписка
Автор
  . 26 июля 2013

Интеpвью с искусствоведом

Сара Назирова: ...об Ашрафе Мураде, Мирджаваде и Расиме Бабаеве я написала сценарий более четверти века назадНа этой неделе в Госфильмфонде Азербайджана прошел показ документального фильма “Таинственная фиалка”. Кинолента посвящена истории жизни и творчеству замечательной азербайджанской поэтессы ХII века Мехсети-ханум Гянджеви. Автор сценария к фильму – известный прозаик, искусствовед Сара Огуз Назирова и художник, режиссер Шамиль Наджафзаде. Сара О. Назирова знакома читателю по повестям: “Звезда надежды”, “Арбузный сон”, “Записки из бетонного дома”, “Плач Баяты”, “Сваха”, “Колесо жизни”, “Бабочкин век”, “Круговорот”. А Шамиль Наджафзаде известен зрителям как автор многих документальных фильмов и художественного фильма “Гала”.
Сара Огуз перед показом фильма дала интервью “Зеркалу”.
- Как ваше здоровье, Сара-ханум, после пребывания на лечении в Турции. Как вам живется?
- Я не люблю говорить о болезнях. Тем не менее, скажу, что в Турции я была на медицинском обследовании. Возможно, что эта болезнь – предупреждение свыше, что мы должны себя беречь. Как мне живется? Как говорится, “от стиралки до стиралки”. Так я называю химиотерапию, которую регулярно прохожу. Образно это можно представить в виде картины Микельанджело “Судный день” с его автопортретом: в руках центрального образа его кожа, но он узнаваем в этой коже. За время общения с врачами и приемом медпрепаратов я научилась определять, какие лекарства действуют на меня негативно, а какие – ободряюще, чтобы определять, когда я могу работать. При всем при этом убеждена, лучшим лечением от болезней является любимая работа.
- Вы работаете на компьютере или отдаете предпочтение старой пишущей машинке?
- Не люблю компьютер, хотя работала на нем лет тринадцать в информационном агентстве. В те времена эти аппараты были у нас громадными, а перед экранами висела сетка, защищающая от облучения. Но она, как потом выяснилось, не помогала. Люблю писать от руки. Как говорится, от сердца к бумаге.
- Какой же очередной творческий проект занимают ваши мысли?
- Сегодня для меня не последним делом является работа с литературным архивом. Его надо приводить в порядок, а это довольно кропотливое дело.
- Известно, что на кинофестивале в Греции “Кино друзей” представлен документально-художественный фильм “Шагнувшие за горизонт” по вашему сценарию, который снял режиссер Шамиль Наджафзаде, посвященный творчеству художников-авангардистов Азербайджана ХХ века?
- Да. К тому же на этом международном фестивале фильм был удостоен медали ЮНЕСКО “За вклад в культуру”, а в США фильм получил почетную грамоту за форму и стилистику. В фильме речь идет о жизни и творчестве выдающихся художников Азербайджана ХХ века. Это “великолепная пятерка” живописцев: Мирджавад, Тофик Джавадов, Ашраф Мурад, Расим Бабаев и Горхмаз Эфендиев.
- Насколько я знаю, вы обращались к творчеству этих выдающихся мастеров кисти несколько раз. Что же побудило вас написать на этот раз о них и киносценарий?
- Потому, что работы этих художников достойны того, чтобы стать достоянием всего человечества. А между тем их жизнь была трудной, но интересной. В своих работах они смогли выразить суть и квинтэссенцию Азербайджана. Они творили, как подсказывала им творческая душа. И потому их работы вызывают в обществе повышенный интерес.
- Наверное, исходя из этих добрых побуждений, Министерство культуры и туризма обратилось к вам с заявкой на киносценарий?
- Очевидно! На исследование творчества этих художников я потратила большую часть жизни. К примеру, об Ашрафе Мураде и Расиме Бабаеве я написала сценарии более четверти века назад. Даже собиралась совместно с кинорежиссером Шамилем Наджафзаде снимать фильмы. Но тогда по причинам, от нас не зависящим, фильмы снять не удалось. В 2007 году вышла моя книга об Ашрафе Мураде, а в 2008 году в московском издательстве “Мусагет” вышла книга писателя Георгия Анисимова “Ашраф Мурад. Магический реализм”. Эта книга и по сей день является наиболее полным собранием рисунков и картин художника. Спонсором этого издания явился бывший бакинец, профессор Евгений Попов, давно проживающий в США.
- На премьере фильма я думал о том, что режиссер обязательно должен показать и вас, с учетом вашей утонченной внешности. Интуиция меня не обманула.
- В фильме режиссер определил для меня роль “Путника”, ищущего следы, оставленные этими художниками в искусстве и жизни.
- Когда ставят спектакль или снимают фильм об ушедших, то в творческом коллективе, говорят, невольно создается мистическое настроение. У вас было нечто подобное?
- Было! Что удивительно, режиссера будущего фильма я не посвящала в детали из жизни художников. Но на съемках происходили чудеса. Он интуитивно находил и вставлял в ленту именно то, чего не знал, а я знала и часто видела в своих сновидениях. Не зря ведь и сам режиссер, и его отец Кямиль Наджафзаде – художники. Тогда на съемочной площадке я подивилась остроте интуиции режиссерского видения и потому назвала этот фильм сакральным. Кино получилось о творчестве и о судьбе. Все сцены мы снимали на Абшероне и один кадр – в Исмаиллы.
- Почему снимали на Абшероне?
- Потому что эти художники были выходцами абшеронской школы.
- Насколько я знаю, ваше творческое сотрудничество с кинорежиссером Шамилем Наджафзаде на этом не закончилось?
- Да. В процессе работы Шамиль подал идею снять еще один фильм – об азербайджанской поэтессе ХII века Мехсети Гянджеви. Ее следы, в отличие от художников, приходилось искать во тьме тысячелетий. Я пыталась прежде всего опираться на ее рубаи, газели и другие сохранившиеся произведения. Это была гениальная женщина, поэтесса, которая объединила народное творчество, суфийскую идеологию и дворцовую светскую культуру, она очень близка к нам экзистенциальным восприятием мира. Современники восхищались ее красотой, умом, не зря при дворе султанов она занимала должность дебира, которая стояла в табели выше должности визиря. Она была прекрасной шахматисткой, играла на различных музыкальных инструментах
- Если она была красивой, то по идее и ее личная жизнь должна была хорошо сложиться?
- Ее настоящее имя было Менидже, что означает – фиалка. Такое имя дали ей родители с рождения. А имя Мехсети дал ей сельджукский султан Сенджер. Это имя означало – Главная Госпожа и Госпожа Луна. В ее жизни была великая любовь с сыном гянджинского хатиба поэтом Амиром Ахмедом. Об их любви даже созданы дастаны “Амир Ахмед и Мехсети”. Два экземпляра из пяти существующих в мире находятся в нашем рукописном фонде. Эпос и свидетельствует о том, что у них была долгая и трогательная любовь. Они прожили вместе длинную, как дорога, жизнь – 70 лет. От этого брака у них появились двое мальчиков.
- В какое время жила Мехсети ханум?
- Время Мехсети пришлось на годы правления турок-сельджуков, потом атабеков. При каждом дворе Мехсети ценили. Начинала она свою просветительскую деятельность при гянджинском дворце. Тогда же она создала поэтический меджлис из талантливых девочек Гянджи. Потом ее пригласили в Мерв, где находилась резиденция главы турок-сельджуков. Естественно, у Мехсети было много недоброжелателей, так как ее влияние было велико, но это же вызывало ненависть к ней свиты правителя. Она даже дважды попала в зиндан. Но без нее, без ее красоты, ума, изящества меджлисы султана проходили скучно и однообразно, поэтому ее быстро выпускали оттуда. И сегодня трудно себе представить, что в мусульманском мире владыка-мужчина прислушивается к советам умной женщины. Но в тюркском мире мужчины и женщины были равноправны.
- Чем же объяснить, что такая великая женщина появилась на Востоке?
- За тысячу лет до нее и до сих пор не было поэтессы, мыслителя, равного ей. Что удивительно: она не только создавала свои произведения, но и распространяла свои идеи на родине первой цивилизации – в Азии. Она была не просто продуктом Ренессанса на Востоке, но и одним из людей, подготовивших этот расцвет на Востоке.
Ее настолько уважали в среде просвещенных людей Афганистана, Ирана, Азербайджана, Туркестана, что когда она убежала из Гянджи в Балх, ее торжественно встречали триста поэтов.
- Над чем вы сейчас работаете?
- Когда я читала Кафку, я не могла подумать, что все это может повториться и в моей жизни. В период болезни я все это вспомнила и перечувствовала. Сейчас я пишу первый том художественной прозы о том, что испытывает человек, находящийся на грани смерти, и как все для него меняется в мире и его ощущениях. Ведь никто не знает, как он поведет себя в форс-мажорных обстоятельствах.
- Некоторые ваши книги переведены на английский язык, а как обстоит дело с переводом на русский язык?
- На русский язык мои книги переведены давно. В Москве переводила Калягина, в Азербайджане это делали Мирза Гусейнзаде и покойный Мансур Векилов.
- Как действует на писателя шум вокруг него?
- Все в жизни происходит на грани “да” или “нет”. Люди так устроены, что дух противоречия всегда будет присутствовать. Одним будет нравиться, что выходит из-под пера писателя. Написанное вливает свежую энергетику в общество. Другим не нравится. На такого человека написанное другим и создавшее ажиотаж действует отрицательно. Короче, врагов не имеют те, Что ничего не делает.
- Спасибо за интервью! А вам здоровья и новых творческих удач!

Сара Назирова: “…об Ашрафе Мураде, Мирджаваде и Расиме Бабаеве я написала сценарий более четверти века назад”
оценок - 0, баллов - 0.00 из 5
Рубрики: Культура

RSS-лента комментариев.

К сожалению комментарии уже закрыты.