Перейти к комментариям Версия для печати изменить цвет подачи. Сделать шрифт жирным. Альтернативный просмотр. Увеличьте шрифт. Уменьшите шрифт.

“Реформы в армии проведены на бумаге”

Темы

Об авторе


Подписка
Автор
  . 17 мая 2013

Яшар Джафарли: "НАТО должна предложить Азербайджану механизм контроля над армией"

Реформы в армии проведены на бумагеОдним из главных вопросов, интересующих азербайджанское общество, являются проводимые в Вооруженных силах реформы. Гостем приложения “Армейское “Зеркало” является президент Коалиции НПО “Безопасность, демократия и экономическое развитие” (SeDEP), полковник-лейтенант запаса Яшар Джафарли. В беседе с ним мы обсудили нынешнее состояние и перспективы военных реформ.
- В конце этого года завершится 3-й этап Плана действий индивидуального партнерства (IPAP), подписанного между Азербайджаном и НАТО. Как вы оцениваете реформы, проводимые в рамках этого документа?
- Я думаю, до сих пор сотрудничество в рамках IPAP велось в двух направлениях. Во-первых, реформы внутри страны, во-вторых, – работы, проводимые в рамках международного военного сотрудничества. Здесь интересы Азербайджана больше всего направлены на работы, проводимые за рубежом, в частности, проведение миротворческих мероприятий. Деятельность Азербайджана по поддержке миротворческих мероприятий, проводимых НАТО, в том числе по стабилизации ситуации в Афганистане, неизменно приветствовалась и одобрялась командованием альянса.
Однако, если мы оставим в стороне официальную информацию, то, основываясь на неофициальные источники, можно прочувствовать, что мнение представителей гражданского общества Азербайджана о внутренних реформах совпадает с мнением представителей структур НАТО. Несмотря на множество заявлений, объем реально проделанной работы в стране не велик.
Одно из заявлений касается перевода штата и структуры азербайджанской армии на стандарты НАТО, подготовки кадров, проведения реформ в сфере военного образования. Эти работы действительно проводились. Однако общие итоги проведенных реформ, степень близости Азербайлджана как государства, либо его Вооруженных сил к стандартам НАТО, остаются неизвестными.
- Было время, когда официальные лица Азербайджана говорили о проведении реформ в Вооруженных силах, о процессе перевода всех военных соединений на стандарты НАТО. Об этом процессе сложилось два мнения: первое заключается в том, что преобразования начались снизу и остановились на полпути, а второе – реформы вообще носят видимый характер. Как вы думаете, действительно ли в Вооруженных силах проводятся серьезные структурные преобразования?
- Структурные реформы проводились только на бумаге. В некоторых случаях реформы внедрялись в армии. Но эти работы проводились таким образом, что личный состав, в особенности офицеры, оставались недовольны проводимыми реформами. Словом, реформы ожидаемого результата не дали. Приведу пример: при организации штата и структуры офицеров в связи с переводом с одной должности на другую многие военные лишились званий, должностей, их зарплаты понизились.
В то же время надо учитывать, что реформы должны проводиться поэтапно, снизу вверх. В конечном результате эти реформы должны были привести к главному этапу – смене министра обороны на гражданское лицо. Однако этого не случилось. В то же время должно было быть сформировано командование всех видов ВС, в особенности Сухопутных войск, но и этого не произошло. Что касается разделения функций Генштаба и аппарата Минобороны, то и здесь процесс остановился. Несмотря на то, что 3-й этап IPAP близится к завершению, все эти работы не были выполнены. Выходит, что проделана лишь половина работ и реформы не завершены.
- Вообще, появились ли какие-либо позитивные результаты в управлении армией? Или начавшиеся с 2005 года реформы в рамках IPAP так и не привели к каким-то подвижкам?
- Определенные позитивные моменты в общем-то есть. Это касается подвижек в решении социальных проблем. Если раньше у наших солдат были определенные проблемы с обеспечением продовольствием и одеждой, то после проведения этих реформ, можно сказать, данные проблемы были решены. У нас начался процесс укомплектования целого ряда должностей военнослужащими сверхсрочной службы. При этом в пограничных и внутренних войсках в данной области было проделано больше работ. Однако в процессе перевода офицеров на более высокие должности, предоставлении им новых званий наблюдался регресс. Офицеры в этих новшествах не увидели каких-то преимуществ. Можно сказать, что реформы проводились хаотично. Ни личный состав армии, ни гражданское общество не увидели ожидаемых результатов. Насколько мы приблизились к НАТО после этих реформ? Способствовали эти реформы развитию демократического управления? Насколько усилились Вооруженные силы после проведения этих реформ? Вопросов много. Много моментов, которые все еще вызывают беспокойство.
Демократическое управление является одной из важных составляющих данной проблемы. В этой связи хотелось бы коснуться нескольких моментов. Не надо ограничиваться лишь заменой министра обороны гражданским лицом и разделением функций Генштаба и аппарата Министерства обороны. Один из важных моментов связан с тем, что у самого Министерства обороны положения. Во время проведения реформ надо было восполнить и этот пробел. Продвижения в вопросе совершенствования правового законодательства также мизерны. Правда, определенная работа проделана была, но на третьей стадии IPAP мы могли добиться еще большего.
К примеру, обратимся к вопросу ротации руководящего состава армии. У нас командиры корпусов остаются на своих должностях по 12-18 лет. Естественно, это формирует определенный застой. В этом вопросе надо также учитывать то, что министр оброны находится на своей должности более 18 лет, а глава Генштаба – более 19 лет. При этом не стоит забывать, что эти генералы прошли советскую школу и этот фактор играет определенную роль в том, что процесс перехода на стандарты НАТО тормозится.
- Планирование бюджета и прозрачность. Есть ли какие-либо продвижения в этом направлении? Часть реформ, проводимых в рамках сотрудничества Азербайджана с НАТО, охватывает именно проблему прозрачности бюджета, планирования.
- Думаю, в данном случае говорить о каких-то продвижениях невозможно. С каждым годом растет сумма, выделяемая на военный бюджет, но при этом никакой прозрачности мы не наблюдаем. Даже члены парламента не обладают информацией по этому вопросу. К примеру, они должны знать, какие сферы охватят те 3,7 миллиарда долларов, которые выделили на военный бюджет 2013 года. Власти отказываются давать информацию об этом.
В последнее время появляется все больше информации о случаях коррупции и взяточничества в армии. Получается, что проводимые в данном направлении реформы никаких результатов не дали. Мы провели небольшое исследование. В 2013 году Министерство обороны объявило тендер только по двум областям, и об этом писала официальная пресса. Это сфера закупок овощей и хлеба. По всем другим сферам осуществляются большие проекты, тратятся большие средства на обновление вооружения, однако никаких тендеров не объявлялось, то есть говорить о какой-либо прозрачности просто невозможно. Наоборот, уровень коррупции возрос. И определить это очень просто. Резкое увеличение военного бюджета приводит к резкому увеличению коррупции, а прозрачности нет.
- НАТО обладает большим опытом по борьбе с коррупцией в секторе обороны и безопасности, который уже был успешно испробован в странах Восточной Европы. По некоторым сведениям, НАТО предложила свою помощь Азербайджану по ведению аналогичной борьбы. Однако официальный Баку все еще не обнародовал своего отношения к этому предложению. Как, по-вашему, должен ли Азербайджан использовать подобные международные предложения?
- Если поставить перед собой цель вести реальную борьбу с коррупцией и добиться определенных успехов, то, безусловно, Азербайджан должен быть заинтересован в этом. Однако нынешнее руководство армии не кажется заинтересованным в этом деле, наоборот, есть ощущение, что оно старается сохранить существующую структуру, чтобы все было закрытым, и они могли бы делать все, что хотят. Если мы преследуем цель вести борьбу с коррупцией, то тогда хотя бы следует принимать предложения и проводить определенную работу. Смотрите, наши власти избегают вопроса ввода гражданского контроля над армией. А главное, парламент почему-то отстранили от осуществления контроля над армией. Естественно, в такой ситуации руководство армии никак не может преследовать цель бороться с коррупцией.
- Часть реформ, проведение которых отражено в IPAP, посвящена связям с гражданским обществом. На каком уровне в настоящее время находятся отношения силовых структур и прессы?
- Еще несколько лет назад чувствовалось какое-то желание расширить связи с гражданским обществом. Я видел, что представители Минобороны, Погранслужбы, Внутренних войск в определенной форме заинтересованы в сотрудничестве, принимают приглашения и участвуют в мероприятиях, в то же время было проведено несколько брифингов для прессы. Однако в последние 2-3 года наблюдается обратный процесс. Сейчас они не только не ходят на мероприятия, даже не хотят прислушиваться к гражданскому обществу, напирают на СМИ. Главным образом это касается Минобороны. Так, Министерство обороны подало в суд на газету “Yeni Musavat” , а также другие газеты, НПО. Кроме того, Минобороны предпринимает попытки возбудить уголовные дела против НПО, военных экспертов, представителей гражданского общества, которые пытаются вести общественный контроль над армией. Результатом этого стало то, что директор Центра демократического гражданского контроля над Вооруженными силами Алекпер Мамедов, чтобы избавиться от сфабрикованного против него уголовного дела, был вынужден покинуть страну.
Интересно то, что руководство страны все время отдает поручения, издает указы, направленные на укрепление отношений с гражданским обществом, привлечение его к участию во всех процессах, также многократно повторялось, что гражданское общество должно участвовать во всех процессах, в особенности в осуществлении общественного контроля, однако в системе Министерства обороны все делается наоборот.
- Может, для регулирования всех этих вопросов необходимо принятие соответствующего законодательства или изменение существующего. Вообще, как проходят процесс обновления военного законодательства, его переход на стандарты НАТО?
- По этому поводу общество информируется очень мало, и создается ощущение, что власти заинтересованы в этом. Никаких просвещающих программ, мероприятий не проводится, на официальных государственных сайтах тоже очень мало информации. Несмотря на то, что в сфере защиты прав человека была проделана определенная работа, в целом за последние 20 лет не было принято ни одного законодательного акта, касающегося введения демократического гражданского контроля над Вооруженными силами. Гражданское общество, в том числе наше общественное объединение, лично я, многократно выдвигали предложения по данному поводу. И я считаю, что этот вопрос должен найти свое решение в ближайшее время. А пока что гражданское общество, отдельные представители медиа могут осуществлять такой контроль только на уровне самодеятельности. А деятельность парламента или судебных органов по контролю над ВС остается неизвестной.
Безусловно, по нашему мнению, одно из главных направлений помощи со стороны НАТО могло бы заключаться именно в том, чтобы предоставить Азербайджану базовые образцы законодательства по внедрению гражданского контроля над ВС. До тех пор, пока мы не примем эти законодательные акты, невозможно будет говорить о реальном гражданском контроле.
- Еще один важный вопрос связан с увеличением числа потерь в армии и тем, как это связано с кадровой политикой Министерства обороны. В чем, по-вашему, заключается главная причина подобного роста потерь?
- Мое личное мнение заключается в том, что одной из главных причин такого увеличения числа потерь является существующее управление. Министр сидит на своем посту 18 лет, глава Генштаба – 19 лет, командиры армейских корпусов также сидят на своих должностях довольно долго, а это формирует определенный застой в управлении, морально-психологическое напряжение возрастает. А морально-психологическое напряжение оказывает отрицательное влияние на всех – начиная с самого министра и кончая командиром отряда. Таким образом, главной проблемой я считаю управление. Естественно, армия – это структура, которая управляется уставами и законами, иначе и быть не может. Но в управлении армии наблюдается некий авторитаризм. Нет коллегиальности при принятии решений и их исполнении. Если один что-то сказал – не важно, правильно или нет, – все остальные должны выполнять. Это морально-психологическое напряжение, в то же время нарушение ряда прав офицеров в связи с вопросом обеспечения квартирами, формирует у офицеров отрицательное отношение к военной службе, равнодушие, в том числе по отношению в личному составу. С психологической точки зрения офицер рассуждает так: если мои права нарушаются, нет никакой заботы, то как иначе я могу относиться к тем, кто у меня в подчинении? Этот пример касается всех уровней.
Естественно, здесь есть и другие аспекты. Мы не должны забывать, что наши Вооруженные силы находятся в боевых условиях, и тут действительно существует напряжение в психологическом состоянии. Во время несения службы в экстремальных условиях это напряжение возрастает в разы, и менее подготовленные солдаты не выдерживают такого морально-психологического давления, совершают самоубийства, происходят другие негативные события.
- За последние 6-7 лет оборонные расходы Азербайджана возросли приблизительно в 10 раз. Оказало ли это положительное влияние на социальное благосостояние военнослужащих?
- В какой-то степени, да. В частности, это касается повышения зарплат офицеров, прапорщиков, военнослужащих сверхсрочной службы. Так, если раньше офицерам перед отпуском не выдавались дополнительные средства, то сейчас выдаются. Кроме того, раньше у офицеров, прапорщиков, военнослужащих сверхсрочной службы были серьезные проблемы с вещевым обеспечением. Ныне этого не наблюдается. В ежедневное меню солдат были внесены дополнения, был повышен получаемый ими уровень калорий. Сейчас наши солдаты обеспечиваются питанием на 125 манатов ежемесячно. То есть продвижения в этой сфере есть.
Но вместе с тем остается множество нерешенных проблем. Прежде всего я имею в виду проблему обеспечения офицеров квартирами. Мы воспитываем своих офицеров, начиная с 1992 года. Каждый год мы выпускаем 600-700 офицеров, но не строим ни одного дома. И это несмотря на то, что 28 декабря 2011 года президент подписал указ и представил определенные требования в целях обеспечения офицеров квартирами. Прошло полтора года, а каких-либо серьезных продвижений в этом вопросе нет. По полученным нами сведениям, квартиры получили только 136 человек. А нуждающихся – более 10 тысяч. Если сюда прибавить офицеров в запасе, то цифра возрастет до 30-40 тысяч человек. Это серьезная социальная проблема, и при увеличении бюджета ее надо учитывать.
А вообще я считаю, что для усиления защиты социальных прав военнослужащих должна быть принята специальная государственная программа. Без подобной программы мы не сможем добиться серьезных продвижений, внимание будет уделяться эпизодически, отдельным моментам. А наши власти на сегодня предпочитают именно такие шаги, от которых серьезных результатов ждать не приходится.

“Реформы в армии проведены на бумаге”
оценок - 0, баллов - 0.00 из 5
Рубрики: Общая

RSS-лента комментариев.

К сожалению комментарии уже закрыты.