Перейти к комментариям Версия для печати изменить цвет подачи. Сделать шрифт жирным. Альтернативный просмотр. Увеличьте шрифт. Уменьшите шрифт.

Правда о Тифлисе

Темы

Об авторе


Подписка
Автор
  . 25 января 2013

и армянах в книге выдающегося грузинского просветителя и общественного деятеля второй половины XIX века - начала XX века Якова Гогебашвили

Правда о Тифлисе(Продолжение. Начало см. “Зеркало” от 19 января 2013 г.)
Достаточно сказать, между прочим, что Боржомские мэтива (плотовщики), которых Джаншиев называет богатырями по неустрашимости, физической силе и ловкости, скрывая их национальность, суть одни только грузины, и никто больше, чтобы разбить эту сплетню. К югу от Боржомского имения живет замечательный сельский хозяин, “местный крез”, некто Сандадзе. Джаншиев позволяет себе новую бесцеремонность, называя армянином этого чистокровного грузина, который был вынужден, вследствие одного несчастного случая, переменить православие на григорианство и причислиться к местным грузинам-григорианам, предки которых также вынуждены были принять григорианскую религию во время владычества турок, не терпевших православие, и безжалостно истреблявших православных грузин. Желая сохранить жизнь и остаться христианами, многие из грузин приняли католичество и григорианство. К таким именно грузинам принадлежат григориани южной покатости Боржомской возвышенности, и в их числе Сандадзе, вся родня которого состоит из православных грузин.
Вообще, армянский элемент в Боржомском имении в прежние века совершенно отсутствовал, да и теперь здесь он составляет каплю в море. К этому следует добавить, что названия всех селений, всех рек, всех построек и памятников зодчества, всех гор и т.д. чисто грузинские во всем Боржомском имении. Иначе и не может быть. Боржом составлял с древнейших времен самую центральную часть грузинского царства и был предметом особенной заботливости грузинских царей, в особенности же царицы Тамары. Джаншиев же ухитрился составить книгу так, что читатель выносит впечатление, будто Боржом и прежде составлял часть великой Армении, да и теперь армяне главные аборигены, а грузины так себе, нечто вроде непрошеных пришельцев.
Такое ложное заключение со стороны читателя Джаншиев делает неизбежным во первых, тем, что, касаясь состава местного населения, сперва именует армян, а потом грузин, во-вторых, несколько раз упоминает об остатках великолепных памятников армяно-грузинского зодчества в Боржомском имении тогда, как никогда, не было и нет ни одного остатка с примесью армянского стиля, напротив – все памятники носят на себе отпечаток или грузино-византийского стиля, или же чисто грузинского, в третих, совершенно умалчивает о численности племен, населяющих Боржомское имение, хотя необходимые данные он мог легко получить из Боржомского сельского управления*); в четвертых, в нескольких случаях констатирует грузинский характер местных названий, а о явном грузинском характере всех других названий совершенно умалчивает, побуждая читателя предполагать тут армянское значение, тогда как не было и нет ни одного местного названия с армянским характером…
На обложке своей книги Джанщиев поместил портрет чрезвычайно красивой женщины с армянским головным убором, в конце же книги портрет прелестного ребенка, под которым читаем: “из армянских типов”. Тут же мы видим портрет мальчика-грузина с выпученными глазами… Это напоминает проделку некоторых армян с Кутули, которого они повезли в грузино-армянское село и выдали красивых грузинок за армянок, а дурнушек армянок – за грузинок, и одураченный француз оповестил свое отечество о чрезвычайной красоте армянок и о уродстве грузинок. При описании Зекарского ущелья в прежних изданиях своего “Перла” наш автор отдавал должное дарованиям и трудолюбию западных грузин, в последнем же издании этот отзыв исчез совсем, и на его месте мы читаем племенную перебранку между гуриицами, мингрельцами и имеретинами. Явный прогресс!
Вполне гармонирует с тенденцией книги и следующее место. Джаншиев утверждает, что давнишние феодалы Боржоми, князья Авалишвили, потеряли будто бы на него права вследствие водворения Турецкого владычества в Боржомском имении в 18 -мстолетии, так как Турция не признает частной земельной собственности, и потому могли-де выиграть при Воронцове спор с казною относительно этого имения единственно благодаря тому, что “в деле заинтересовали приближенного и конфидента кн.Воронцова, д-ра Андреевского”. Между тем князья Авалишвили на суде доказали, что Боржомское имение никогда не входило в состав Турции, что в него хотя и вторгались турки, не могли, однакож, удержаться, так как огромный дремучий лес давал грузинам полную возможность наносить им жестокие поражения и прогонять к югу, от триалетских гор, и что даже Султан Турецкий оставил за всеми беками грузинами их поместья на правах полной собственности. Как бесспорны были права князей Авалишвили, видно из того, что даже дореформенный суд, пытавший больший страх перед казною и администрацией, категорически решил дело в их пользу, а затем казна приобрела Перл Кавказа законным порядком. Джаншиев же постеснялся объяснить это справедливейшее решение чуть ли не взяткою. Да, Джаншиев обнаруживает редкую ловкость. Издание описывает Перла Грузии со всевозможной роскошью и со множеством богатейших иллюстраций на русские деньги, и в нем красною нитью провести яркое армянофилство и столько же, несомненно, грузинофобство – это ли не верх искусства!
Замечательно, что лестные отзывы о грузинах вы встретите во множестве и у азиатских писателей, имевших возможность ознакомиться с Грузией и грузинами. Но напрасно стали бы искать что-либо подобное в армянской литературе. Грузины, однакож, не отвечают армянам подобною же нетерпимостью. Вы нередко прочтете похвальные отзывы об армянах в грузинской прессе. Так, например, несколько лет тому назад газета “Иверия” поместила на своих страницах обширную статью, написанную редактором газеты, чистокровным грузином, в которой были собраны все благоприятные отзывы об армянских писателях древнего и нового времени. Г.Эзов поступил, как раз, наоборот: в своей книге он дал место одним дурным отзывам о грузинах некоторых путешественников, введенных в заблуждение ловкими грузинофобами, и ни одного благоприятного отзыва не привел, хотя легко было отыскать такие отзывы даже и у тех же самих путешественников.
Не можем не отметить и следующее характерное явление. Армянские ученые проводили ту мысль, что грузинский язык подвергся сильному влиянию армянского языка и усвоил от него массу культурных терминов. И эту последнюю басню до того они настойчиво пропагандировали, что убедили в этом и некоторых доверчивых грузин, пока замечательный французский ученый Гаттериас, изучивший грузинский язык после армянского, не доказал, что язык сынов Аястана еще во времена периода ванских надписей выведен из своей орбиты сильным влиянием грузинского языка, от которого он не только заимствовал множество культурных, отвлеченных слов, но и самые грамматические формы видоизменил в духе грузинского языка. Вот подлинные слова Гаттериаса, которые цитирует Бакрадзе в своей “Истории Грузии” из французского подлинника: “Если многие грузинские слова встречаются в армянском языке, то это доказывает лишь то, что они заимствованы из грузинского языка, который некогда был, без сомнения, распространен в великой Армении… Лексикон армянского языка, бедный семитическими словами, заключает в себе множество слов, усвоенных от грузинского языка и других кавказских языков, которые влияли на развитие армянского синтаксиса. Поэтому нет возможности изучать до подлинности армянский язык без предварительного изучения грузинского и других кавказских языков” (“История Грузии”, Бакрадзе, стр. 96-97).
—————-
* Это вынуждает нас привести точные данные, извлеченные нами из документов Боржомского сельского управления. Грузинских селений в Боржомском имении числится 30, в 600 дымов крестьян грузин, да в самом местечке Боржоми их 160 дымов, и того всего 760 дымов грузин. Григорианских селений два, но чисто с грузинскими названиями, а именно Цители Сагдари (красная церковь) и Молите (зеленый ковер); селения эти расположены на самой южной границе Боржомского имения, и в них живет 90 дымов Григориан, из которых одна половина состоит из настоящих армян, переселившихся при Паскевиче из Эрзерума, другая половина, – из древних грузин, которые носят чисто грузинские фамилии, одеваются и говорят по-грузински, и вообще, ничем не отличается от грузин, кроме вероисповедания; всех григориан в этих двух селениях 90 дымов, да в самом Боржоме 64 дыма, всего 154 дыма. Греки населяют только одно древнегрузинское село Цихис Джвари (крепостной крест) в количестве 90 дымов, да и в самом Боржоме их 26 дымов, и то иностранных поданных; всего 116 дымов греков. Осетины в качестве недавних арендаторов населяют четыре маленькие деревушки: Земо Митараби,Квемо Митараби, Гомна и Маджар Цхали; их 110 дымов; в местечке же их совсем нет. Русские крестьяне живут в двух деревушках: Тора и Бакуриани в числе 28 дымов; в самом же Боржоме их 70 дымов, приехавших из России для службы при этом огромном имении. Как видите, названия и тех селений, которыми населены негрузинами, все чисто грузинские, и эти только названия, и употребляются и русскими, и армянами, и греками, и осетинами. Это служит поразительным доказательством того, что “Перл Кавказа” Боржом издревне составлял исключительную собственность грузинского народа и был населен одними только грузинами.
И только после турецких нашествий в XVIII столетии в этом богатейшем имении опустели некоторые селения, которые, по водворении русского владычества в Грузии, были заняты пришлым элементом. Но этот пришлый элемент сроднился с аборигенами, уподобился им, усвоил их обычай, нравы, воспринял грузинский язык, на котором теперь говорят почти все сельчане Боржомского имения, без различия происхождения.
(Продолжение следует)

Правда о Тифлисе
оценок - 5, баллов - 3.80 из 5
Рубрики: История

RSS-лента комментариев.

К сожалению комментарии уже закрыты.