Перейти к комментариям Версия для печати изменить цвет подачи. Сделать шрифт жирным. Альтернативный просмотр. Увеличьте шрифт. Уменьшите шрифт.

“Один раз живем”

Темы

Об авторе


Подписка
Автор
  . 21 декабря 2013

Интеpвью с автоpом pомана, пpофессоpом Гасаном Гулиевым

Где найти точку опоры в нашей сегодняшней жизни? Как вести себя в обществе, чтобы остаться человеком? Ответы на эти злободневные вопросы попытался дать наш современник – профессор Гасаном Гулиев в своем романе “Один раз живем”, вышедшем недавно в издательстве “Нурлан”. Об этом интервью” “Зеркала” с профессором Гасан Гулиевым.
- Какая проза, на ваш взгляд, должна быть созвучной нашей эпохе?
- Динамичная, как наша жизнь. Скупыми литературными приемами она должна отображать нашу повседневность. Порой легкими средствами и намеками, чтобы читатель мог сотворчествовать автору.
- Пpоизошло ли в вашей жизни какое-нибудь событие, котоpое побудило написать роман?
- Здесь много причин. Так, недавно прочитал литературоведческую статью, в которой в очередной раз сказано, что роман в литературе изживает себя. В то же время в журналах, скажем, в “Иностранной литературе”, как грибы после дождя, появляются романы, которые запоминаются на долгое время. В последних номерах этого журнала, например, я прочитал роман Адама Торпа “Затаив дыхание”. Это о молодом человеке который подробно рассказывает о своей жизни. Здесь интересно все: и завязка романа, повествующая о том, как успешный музыкант и женатый человек, приезжает из Англии в Таллин. И начало любовной истории, в результате которой появляется на свет его ребенок – сын. Через мысли главного героя, через проблемы, которые он старается решить, раскрывается вся жизнь человека, во всем ее многообразии. Критики несколько торопятся с выводами о романе как умирающем жанре. Это одна из причин, побудившая меня взяться за перо.
Вторая причина в другом: мои недоброжелатели, недовольные моими высказываниями как литературного критика в их адрес, утешали себя мыслью о том, что, когда литератор не состоялся как писатель, он становится критиком или литературоведом. И надо было поддержать свое реноме. И главное – в последнее время в Азербайджане стало выходить не так уж много произведений художественной литературы. Возможно и так: наши писатели стоят на перепутье. Действительно, как и о чем писать сегодня? Да, некогда метод социалистического реализма подсказывал все, на свой манер, разумеется… После развала Страны Советов все изменилось. Изменились и литературные вкусы. Пришла пора автору менять темы, стиль, проблемы и даже переходить к чему-то нечто иному. К чему? Я, будучи критиком, перешел к прозе и публицистике, которые свободно позволяют обращаться с материалом. Вот тут-то я и решил проверить себя.
Была еще одна причина, побудившая меня обратиться к роману. Скончалась моя супруга, которая на протяжении долгих лет была спутником моей жизни. И сразу же я почувствовал, как образовался вакуум. Я не знал, куда себя девать. Долгожданное лето, которое я по обыкновению проводил на даче и там работал, оказалось на этот раз для меня пустым. И тогда, чтобы отогнать грустные мысли, взялся за роман. Работа, которая всегда лечит, дала мне основательную моральную поддержку.
- Один из образов романа – образ женщины, жены Мехмана Гусейнова, Фариды. Она похожа на вашу супругу?
- Совершенно не похожа. Моя жена отличалась такими качествами характера, которым могли бы позавидовать другие женщины. Она была объективна во всем, даже по отношению к своим детям. Как архитектор она была хорошим специалистом, ее уважали коллеги. Она с пониманием относилась ко мне и моей работе. Другое дело, что я не всегда отвечал соответственно. Я даже где-то корю себя за ее смерть. Мне надо было быть к ней более внимательным. Я не верил, что она может умереть. Мне казалось, что она следит за своим здоровьем. Но я ошибался…
- Вернемся к роману. Вечный вопрос “почему”?
- Как-то, это было в советские годы, я был приглашен в Литву, на съезд литовских писателей. В отчетном докладе за пять пройденных лет отмечалось, что литовские писатели написали 40 романов… И это в маленькой по численности населения стране, и в то время, когда у нас в год появлялись 1-2 романа, что свидетельствовало об огромном успехе. Разумеется, продуктивность литовских писателей, думал я тогда (да и сейчас так считаю), следует объяснить не столько работоспособностью их авторов и издателей, но той, чисто читательской, духовной и культурной потребностью общества, которые они совместно удовлетворяли. Эта востребованность – очень важный критерий и стимул в развитии литературы… И это, хотя и другая, но важная тема, имеет прямое отношение к азербайджанской литературе… За последние двадцать лет, как мне кажется, в Азербайджане не был опубликован роман, который заслуживал бы высокой оценки и внимания общества. Роман, в котором полно отразилось бы наше время и жизнь современника.
- Вы хотите сказать, что у писателя нет интересных волнующих тем? Тогда почему ваши коллеги на Западе не страдают от этого, а ежегодно, по вашим же словам, повествуют о том, что волнует и захватывает?
- Все дело в том, что на Западе процесс развития литературы и книгоиздания живет по своим, установившимся и годами отработанным законам. У них не было ситуации, которая всегда имеет место при смене формации. У нас, когда все поменялось, авторы растерялись. Для писателей ребром встал вопрос: о чем писать? Они старались привлечь к себе внимание разными путями. Но это уже другая тема. Хочу поделиться и о том, что тоже считаю важным. Не могу сказать, что в Азербайджане вышла книга, ставшая бестселлером в мировом масштабе, известным в Европе, США и других странах. Но ведь был у нас М.Асад-бек (Курбан Саид), широко известный в мире. Что мы можем предложить мировому читателю сегодня?
- А каким в наше время стал читатель?
- Он стал иным, у него появились другие запросы и в меньшей степени духовные. Читателя стал больше привлекать Интернет, в котором он находит то, что его интересует. И еще. Читатель нередко не имеет финансовой возможности приобрести хорошую книгу. Для этого он должен быть фанатиком чтения. К тому же жизнь сегодня так устроена, что в ней совершенно нет времени для чтения. Эта ситуация будет продолжаться до тех пор, пока не появится класс, который в поисках развлечений обратит внимание и на книгу.
- Но и в советские годы у нас было много малообеспеченных людей, но купить книгу они могли позволить себе.
- Круг читателей тогда был настолько широк, что издатель мог удовлетворить их потребности. Там не было сегодняшней проблемы читатель-издатель.
- Красной нитью в вашем романе проходит образ капитана Мехмана Гусейнова. Это вымышленный образ?
- Нет, этот образ взят из жизни. Я прочитал о нем в газете “Азербайджан” в девяностые годы. Этот человек попал в плен к армянам и рассказывал о том, как они с ним там обращались. Когда я готовился к написанию романа, у меня был грандиозный проект. К образу капитана, который воюет в Карабахе, я хотел добавить образ другого капитана, который служил в царской армии. Это был Мирза Адыгезалзаде, на русском языке написавший историю о Карабахе “Карабахнаме”. Мне хотелось отобразить историю и современность посредством двух этих образов. Я даже внес этот исторический текст в книгу и думал назвать ее “Два капитана”. Но потом, вспомнив одноименную книгу В.Каверина, где поднималась другая тема, поменял название. Придя к выводу, что роман будет явно перегружен, я отказался от исторического материала, как, впрочем, и от линейной композиции, отчего главы в романе идут как самостоятельные произведения, которые выходили как рассказы и пьесы, когда это было возможно.
- Тот туристический маршрут N45 по Закавказью, о котором вы пишете, еще существует в наше время?
- Сейчас не знаю, но тогда существовал реально. Я сам был на этом маршруте…
- А армянин Хачик, который фигурирует в романе, существует в реальной жизни?
- Существует, как и образ армянина Сержа. Это два человека, которых я “свел” в романе как антиподов.
- Но почему Хачик застрелил своего соплеменника Сержа?
- Дело в том, что эти два персонажа – как два полюса, олицетворяющих Добро и Зло… Серж для таких, как Хачик, во все времена создавал проблемы. Здесь к тому же возникает “любовный треугольник”, который мог завершиться подобным образом. К тому же Серж скептически относился к идее Армении “от моря и до моря”.
- А как вы пришли к образу предателя Сейрана, который подставил роту Мехмана под огонь армянских формирований?
- Однажды мы разговорились с одним издателем, который уверял, что в наше время писать о предателях неверно, некорректно, что ли… Тогда я рассказал о человеке, который оказался по воле случая в сложных обстоятельствах. У него жена была армянка и сын полуармянин. Куда было деваться? Многие, оказавшись на его месте, просто покинули Азербайджан. Но Сейран не имел для этого возможности. Я хотел показать драматическую ситуацию, в которой он оказался. В этой войне первыми жертвами становились именно такие “смешанные” семьи. А таких семей у нас и сегодня немало. По статистике, в Азербайджане сегодня проживают свыше тридцати тысяч армян, в основном это – женщины, находящиеся в смешанном браке. Поэтому я не мог не затронуть эту тему.
Но я всегда критически относился к захватническим планам аpмян в отношении территорий других стран. Когда начались события в Карабахе, я обратился к моим друзьямисторикам, которые должны были лучше разбираться в подоплеке Карабахской войны. Я тогда не владел в достаточной мере материалом о Карабахе. Вынужден был изучить этот вопрос, а потом написал книгу и снял фильм по этой теме. Недавно телеканал “Интер.Аз” показал этот фильм. Все дело в том, что в развитии карабахских событий во всем виновны армянские политики, которые стравливали людей на национальной и религиозной почве.
- Принято считать, что развитие творческого пути прозаика идет от рассказа к роману. У вас же получилось наоборот. Почему?
- Так получилось. Замечу, что в самом начале роман ожидала трагическая судьба. Вначале его потеряли в редакции журнала. Зная, что роман могут присвоить другие, я представил его под псевдонимом, ибо не хотел открываться читателю, который знал меня как литературоведа и критика. Я написал новеллу, киносценарий, а потом уже, когда они вышли в печати, пришел к выводу, что пора взяться и за роман. Начал писать, но потом увидел, что перегрузил его исторической темой.
- Однако вы оставили все, что относится к любовной теме. Что же касается личностных исканий Мехмана, то здесь не очень все понятно. Даже, если хотите, обозначено туманно…
- В былые годы было традицией ставить героя на пьедестал, на котором отчетливо была заметна верхняя часть образа, а нижняя, где постамент, только подразумевался. В литературе это было сплошь и рядом. Герой действует, живет, но как только дело доходит до его личной жизни, образуются недосказанность, пустота… Особенно в сфере любовной. Я уже не говорю об эротике.
- Вы имеете в виду, что в советские годы не говорили о сексе?
- Вернее, в советской литературе не было описания секса. А ведь это тоже жизнь, основной инстинкт человека, через который он себя проявляет. Иногда с этим связан весь его жизненный путь. Был такой любвеобильный персонаж, как Дон Жуан. В мировой литературе было создано около 140 произведений о нем. Историю Дон Жуана трактовали по-разному. Одни говорили, что он извращенец, бабник, другие утверждали, что герой ищет свой идеал. Я же думаю, что основным стимулом в жизни мужчины и женщины является поиск партнера, взаимной гармонии. Вот эту концепцию жизни я старался провести в жизненных ситуациях, в которых оказывается наш герой.
- Но в конце ваш герой остается одиноким. Это немного печально.
- Если бы я показал в конце, что у Мехмана все хорошо складывается, то это было бы явной натяжкой. Я хотел представить его реальным, ищущим свое место в жизни. Когда он в конце романа идет на педсовет, его терзают противоречия, герой продолжает думать о своей жизни и проблемах, которые еще не решены. Но решить их разом он не в состоянии потому, что это социальные проблемы. Он остается честным и с таким же прямолинейным взглядом на жизнь, с каким мы его видим в начале романа.
Герой еще не стар, чтобы поставить на своей жизни точку. Она не окончена, и потому нельзя предугадать его судьбу. В будущем, которое у него есть, его может вынести к разным берегам и обстоятельствам. И здесь он вынужден будет проявить себя, свой характер.

“Один раз живем”
оценок - 1, баллов - 2.00 из 5
Рубрики: Культура | Новости

RSS-лента комментариев.

К сожалению комментарии уже закрыты.