Перейти к комментариям Версия для печати изменить цвет подачи. Сделать шрифт жирным. Альтернативный просмотр. Увеличьте шрифт. Уменьшите шрифт.

Один из последних “могикан” -

Темы

Об авторе


Подписка
Автор
  . 30 августа 2013

художник Чингиз Азизов

Один из последних могикан  По приглашению Мастера наш разговор состоялся у него дома. С того момента, как я вошел, я чувствовал, как с его доброго, усталого, но светящегося благородством, лица в меня впивается, пронзающий словно рентген, взгляд, который, казалось, сканировал сквозь мою оболочку все, что под ней находится. Включая уровень интеллекта, эстетической и нравственной составляющей.
Манера его импульсивной жестикуляции, интонации в голосе, кажущийся сумбур его жизненной философии – все сразу выдавало в нем не только выдающегося художника, но и самобытного мыслителя.
- Чингиз-муаллим, как начинался ваш путь в творчестве?
- С самого детства я ощущал в себе тягу рисовать, и с того времени рисовал, писал, мазал, лепил. Конечно, в этом многолетнем процессе изучал и много читал специализированной литературы. Но не только это. В 60-десятых годах я учился в Краснодаре в педагогическом институте графики. Затем в Баку закончил художественное училище им. Азима Азимзаде. Сначала я рисовал масляными красками, что на слэнге художников обозначается термином “масло”. Но это довольно-таки недешевые затраты. Затем перешел на акварель, ингридиенты которой не так дороги. У нас говорят: Yag – varli mali. Akvarel – kesib mali.
Это сейчас меня называют королем акварели, но сначала она не слушалась меня. Несколько месяцев труда-битвы помогли освоить ее, и с тех пор акварель открыта для меня, как тайна и кладезь неисчерпаемой художественной возможности.
* * *
Оглядывая коридор и комнату Чингиза Азизова, невозможно было найти свободное от картин и керамических изделий место; на стенах и полках, в рамках и без оных, они оставляли небольшие проходы лишь для элементарных нужд на кухню и ванную.
- Сейчас есть немало художников посредственного уровня, которые считают себя уникальными и непревзойденными мастерами кисти, а когда и как этому миру стали известны вы?
- В 1971 году в Москву я послал по почте свои работы, и из сотен и тысяч произведений, поступивших туда со всех республик СССР для участия на выставке, специалисты особо выделили мою работу “Горный хлеб”. Пригласили поехал, находился там, много общался, рассказывал об Азербайджане, о прекрасных пейзажах и ландшафтах, об особом воздухе и вкусе, о том, что вряд ли вместится в пределы слов и даже красок. Я отношусь к числу тех авторов, которые считают, что недостаточно выставить на суд зрителей экспозицию своих картин, но по возможности нужно присутствовать на таком мероприятии, вступать в диалог с людьми, рассказывать, отвечать на вопросы. С тех пор у меня появилось много друзей, которые сегодня живут в разных точках мира. Одни зовут меня переехать в США, другие – в Россию. Но я выбрал родной Азербайджан. Хотя жить здесь намного труднее, чем там.
Пока существовал СССР, я активно участвовал во всех предлагаемых творческих мероприятиях. В Москве у меня состоялось девять персональных выставок. Причем в лучших выставочных залах столицы. В Баку же было две персональные выставки, в 1995-1996 годах.
- Наверное, СМИ тех лет не могло обойти вас стороной?
- Конечно. Обо мне писали солидные издания. Например, журнал “Современная советская живопись”. Более пятидесяти моих работ было приобретено Министерством культуры Советского Союза, Государственным художественным фондом, так же часть моих картин есть в Третьяковскай Галерее, а некоторые работы хранятся в частных коллекциях зарубежных стран.
Но после распада СССР все кардинально изменилось. Лично для меня – не в лучшую сторону. Я не из тех, кто быстренько меняет нравственные приоритеты, умеет угождать и приспосабливаться к любому новому начальству.
* * *
Чингиз-муалим показал мне несколько своих удивительных работ. Это были сочащиеся жизнелюбием воздушнейшие мелодии в красках. Показал он мне и картину “Январь 90″. И меня, как видимо и других смотревших на это полотно, пронзил звучащий оттуда стон отчаяния от чернеющих на снегу птиц, которые тихо умирают.
- Чингиз-муаллим, некоторые работы напоминают стиль Винсента Ван Гога, это неслучайно?
- Ван Гог – один из главных моих учителей в живописи. Хотя учителей было много, и не только из среды художников: Насреддин Туси и Михаил Лермонтов, Пабло Неруда и Жак Превер, но главным учителем является сама жизнь. Печальное резюме Ван Гога о носителях творчества остается современным, особенно для Баку: “Художники общаются, лежа мертвыми в земле при помощи своих произведений”. Скажу не о схожести, а о различиях между нашими манерами. Ван Гог, как правило, нервно клал мазки на полотно, а я спокойно сеял семена мазков, из которых, как видите, экспрессия Цвета и Света воспаряет ввысь.
- Вы не жалеете, что не остались в России?
- Нет смысла, жалеть, ведь я уже сделал свой выбор – Азербайджан. Да, там за границей – умеют ценить талант, там помогают, там радостно и сытно.
Увы, здесь несмотря на обилие прекрасных традиций и не менее прекрасных душою людей, есть немало завистников, да еще таких, которые норовят постоянно сделать пакость. Например, когда обо мне вышла публикация в журнале “Гобустан”, один озлобленный художник прилюдно возмущался, мол, “Кто такой этот Азизов, чтоб о нем еще вспоминать!” А еще было и так: некоторые злопыхали покупали мои картины, чтобы их уничтожать, рвать и сжигать.
- К сожалению, в наше вpемя такая участь уготована не только картинам, но всем, кто неординарен и смеет выходить из узких рамок шаблонной проторенной жизни, где правит бал посредственность обрамленная в кружева раболепия. Но вы ведь наверняка встречаете настоящих людей?
- Да. Дружу с прекрасным человеком, а не только певцом – Эюбом Ягубовым. А раньше, в бытность президентства Абульфаса Эльчибея, дружил с ним. И не так, как ныне принято: слуга и господин. Со словесными баталиями, с эмоциями, анекдотами, обидами и прощениями.
По каналу “Спейс” создали и продемонстрировали фильм обо мне, и это конечно приятно. В 2000 году меня пригласили в шамахинскую обсерваторию, и некоторое время я жил там, писал картины-панорамы, звездные пейзажи, лица ученых. Затем был нескольколетний период, когда я совсем ничего не рисовал, возможно, чтобы проверить себя, а может от безысходности. Но в одно чудное утро я все же взял кисти и полотно и несколько часов к ряду писал. Получилась картина “Геокчайские гранаты”, которая многим понравилась.
- Есть ли планы на будущее?
- Скоро осеннее-зимний период, и по своему обычаю, выработанному годами, я поеду в горы по районам нашей страны на своем стареньком автомобиле, буду устанавливать палаточные выставки для простых людей, сельчан, воображение которых еще не загажено столичными джунглями. Сами понимаете, на пенсию 130 манатов прожить невозможно. А там, что бог пошлет…

Один из последних “могикан” -
оценок - 0, баллов - 0.00 из 5
Рубрики: Культура | Новости

комментариев - 5

RSS-лента комментариев.

К сожалению комментарии уже закрыты.

  • Mithun Chakraborty

    Uvajaemıy Эльчин ШИХЛИНСКИЙ, zachem nujno vvodit E-mail, yesli publikuyete kommentarii i pod vımıshlennımi nesushestvuyushimi E-mail, kak naprimer etot moy post?

    Thumb up 0 Thumb down 0
  • Эльчин ШИХЛИНСКИЙ

    Уважаемый Бакинец!
    Часы, к сожалению, провайдера и мы там ничего поделать не можемю
    С уважением,
    Эльчин

    Thumb up 0 Thumb down 0
  • бакинец

    Эльчин müəllim, спасибо вам, что вы с пониманием относитесь к моей посильной помощи в работе вашей газеты. А вот её часы всё ещё спешат.

    Thumb up 0 Thumb down 0
  • Эльчин ШИХЛИНСКИЙ

    Уважаемый Бакинец!
    Спасибо за замечание, сейчас ребята в интернет-версии все исправят. Что касается печатной версии: к счастью там корректора не подвели. Все в порядке. Вам спасибо еще раз.
    С уважением

    Thumb up 0 Thumb down 0
  • бакинец

    “- Чингиз-муаллим, некоторые работы напоминают стиль Винсента Ван-Гога, это неслучайно?
    - Ван гог – один из главных моих учителей в живописи. Хотя учителей было много, и не только из среды художников: Насреддин Туси и Михаил Лермонтов, Пабло Неруда и Жак Превер, но главным учителем является сама жизнь. Печальное резюме Ван гога о носителях творчества остается современным, особенно для Баку: “Художники общаются, лежа мертвыми в земле при помощи своих произведений”. Скажу не о схожести, а о различиях между нашими манерами. Ван-Гог, как правило, нервно клал мазки на полотно, а я спокойно сеял семена мазков, из которых, как видите, экспрессия Цвета и Света воспаряет ввысь”.

    Фамилия этого постимпрессиониста по-нидерландски пишется “van Gogh”. Но публикация представлена по-русски, а потому надо писать “Ван Гог”.

    Thumb up 0 Thumb down 0