Перейти к комментариям Версия для печати изменить цвет подачи. Сделать шрифт жирным. Альтернативный просмотр. Увеличьте шрифт. Уменьшите шрифт.

Образ идеальной женщины

Темы

Об авторе


Подписка
Автор
  . 13 декабря 2013

Была премьера комедийной постановки. Я сидел где-то в середине зала и ждал начала спектакля. Зал был почти полным, а несколько оставшихся свободных мест постепенно заполнялись опоздавшими. Публика была в основном среднего и пожилого возраста, молодежи почти не было, кроме одной девушки, которая пожаловала с несколькими пожилыми женщинами и ни на минуту не отрывала взгляда от экрана своего мобильного. Публика выглядела изысканной, мужчины были аккуратно и опрятно одеты, женщины смотрелись нарядно, с красивыми прическами, умело наложенным макияжем, а некоторые, безошибочно можно было угадать, только вышли из салона красоты.
Я и сам стараюсь выглядеть более опрятно, готовясь в театр. Ведь театр – это не кино, здесь прямо перед тобой играют живые артисты, они видят зрителя, чувствуют их настроение, и выглядеть надлежаще, в первую очередь, означает с подобающим уважением относиться к их искусству. Присутствующая здесь публика принадлежала к тому поколению, во времена которого торжественно готовились к премьерам, и вообще к визитам в театр относились более ответственно. Люди за несколько дней становились в очередь перед кассами в намерении приобрести лучшие места, а у многих были заранее заказанные ложи. В те времена визит в театр считался правилом хорошего тона. Тогда зрители более уважительно относились к игре артистов, умели с достоинством оценить их актерство, отдавая должное их таланту. В современное время молодежь отдает предпочтение кино, которое снимается с различными новыми технологиями, грандиозными спецэффектами, чем нашему старому доброму театру. А такие, как я, в памяти которых светятся просторные, нарядно украшенные залы театров, блестящие премьеры, не могут без того, чтобы хотя бы раз в месяц наведываться в театр. Обычно я прихожу в театр со своей супругой, но в этот день она была в гостях.
Прозвучал третий звонок, за которым последовала торжественная музыка, похожая на те, какие ставят обычно в самых интересных моментах спектакля, когда начинает происходить что-то важное. В зале наступила тишина, а аккорды мелодии становились все громче и громче. Вдруг, несмотря на громкую музыку, где-то позади я услышал легкие шаги высоких каблуков и невольно обернулся, полагая, что это какой-то опоздавший зритель. В этот момент меня словно молнией ударило. Я увидел те же серо-зеленые глаза, тот же выразительный взгляд, теплый и вместе с тем недосягаемый, попадающий прямиком в сердце, и который, увидев раз, невозможно более забыть. Она была такой же неотразимой, пленительной, словно время не затронула ее своей грубой рукой.
Она мимолетно обвела взглядом весь зал, потом взглянула на билет, которая был у нее в руках, затем, словно в поисках чего-то, устремила взгляд на передние ряды того же верхнего яруса, в котором сидел я. Я не в состоянии был отвести от нее глаз, чтобы проследить за ее взглядом, но понимал, что она высматривает свое место.
Она была в элегантном синем платье и держала в руках маленькую бисерную сумочку того же цвета. Блестящие каштановые волосы были собраны в высокую прическу, обнажая изящную, красивую шею. Ее грациозная, изящна пропорциональная фигура не утратила стройности. Она прошла мимо ряда, в котором сидел я, и, сделав несколько шагов, остановилась, затем осторожно прошла на свое место. Она сидела чуть левее меня, только на несколько рядов впереди, и мне отчетливо был виден ее безупречный профиль.
Я уже не слышал ничего: ни торжественной музыки, которую ставят в важные моменты спектакля, а на этот раз словно специально поставили в честь эпизода из моей жизни, ни голоса, читающего монолог. Я забыл про спектакль и даже не заметил, когда актеры вышли на сцену. Я смотрел только на нее. В последний раз я видел ее больше двадцати лет назад, она почти не изменилась, только элегантности прибавилось. Я помнил ее чарующе пленительную улыбку, лукавую, милую, недосягаемую. Она была так пленительно красива, и во всем ее облике, во всей натуре улавливалась некая недосягаемость, которую я не мог разгадать.
Дело было не только в красоте, ведь привлекательных женщин существует немало, повторяю, дело было не только в красоте, в ней имелось особое обаяние, которое ощущалось во всем ее облике и очаровывало наповал.
Когда я ее встретил в первый раз, то был еще не женат, а теперь у меня есть маленькие внуки. Это было на открытие нового парка, в честь чего ожидался грандиозный концерт с участием самых известных певцов того времени. Часть толпы собралась вдоль открытой сцены, установленной на несколько метров выше от уровня земли, в намерении занять передние ряды, а другая часть прогуливалась в тенистых аллеях парка. Кругом плескали фонтаны с различными формами и эффектами, в аллеях стояли новые уютные скамейки, призывая отдохнуть в тени деревьев. По более широким аллеям и центральной части парка временами проходили прогулочные фаэтоны, в разноцветных и украшенных лавках, которые встречались на каждом шагу, продавались различные сладости, всякая вкуснятина, а в самом конце парка начиналась вереница ресторанов.
Я со своими друзьями прогуливался по аллеям парка. Все, в том числе и мы, часто останавливались поздороваться со знакомыми, во время которых заводились светские беседы обо всем и ни о чем: заговаривали о погоде, делились мнениями о дизайне нового парка, а если собеседницами оказывались женщины, то не преминули расточаться комплиментами.
И вот когда я перешел с одной аллеи на другую, вдруг увидел ее, и она с первой минуты ошеломила меня своей необычайной красотой. Не заметить ее было невозможно, она со всех сторон притягивала к себе взоры. На ней было прекрасное белоснежное платье, ее большие лучистые глаза глядели весело, на губах играла легкая чарующая улыбка. Она мне показалась такой прекрасной, доброй, ее обаяние так приковывало, что я не мог сравнить ее ни с кем. Пока я изумленно любовался ею, она развернулась на дорожку, соединявшуюся с другими аллеями. Я собирался последовать за ней, но мне помешали очередные знакомые, навалившиеся на меня со светскими расспросами в самый неподходящий момент, и я потерял ее из виду. Долго я потом искал ее во всех уголках парка, но разве можно найти кого-то в этой толпе, хотя случайно или по иронии судьбы я десятки раз натыкался на одни и те же лица и в такие моменты тешил себя надеждой, что поиски мои могут увенчаться успехом, ведь если возможно встретить одних и тех же людей столько раз в этом довольно просторном парке, значит, есть вероятность найти и того, кого ищешь. Вся эта толпа казалась мне преградой на пути к ней, хотя я понимал, что если толпа рассеется, то соответственно рассеется и моя надежда найти ее. Занятый такими думами, я перекидывался с одной аллеи на другую, оглядывался каждую минуту по сторонам, мне казалось, что она в любую минуту может пройти мимо меня. С этого можно сделать обманчивые выводы, что я волочился за каждой привлекательной женщиной, повстречавшейся на моем пути – это отнюдь не так. Она словно стрелой попала в мое сердце, и я очень хотел ее еще раз увидеть, но как и где? Мне хотелось подойти к каждому и спросить, не видели ли они самую прекрасную девушку в белом платье, казалось, они сразу должны были догадаться, о ком я говорю. Я подумал, что может найду ее среди собравшейся вокруг сцены толпы. За это время концерт начался. Я пробирался среди плотной толпы, которая теснила меня со всех сторон. Люди с негодованием оглядывались в мою сторону, иногда с недовольством толкали, но я не обращал на них внимания и только со словами: “Прощу прощения, извините” пытался подойти к стовшим впереди. Но вскоре понял, что разглядеть кого-то в таком скоплении людей – дело невозможное, и, кое-как вырвавшись из толпы, сел на первую попавшуюся скамейку. “А может и она ушла?” – подумал я. Вдруг недалеко от меня остановился прогулочный фаэтон. Открылись дверца, и из него вышла моя прекрасная незнакомка с несколькими подругами, которых я не разглядел, так как глаза мои были устремлены только на нее. Я не успел опомниться, как они, весело болтая, поспешили в сторону тротуара и, сев в подъехавшую машину, которая, вероятно, приехала за ними, уехали. А я глядел за удаляющейся машиной и думал, что, наверное, больше никогда не встречу ее.
Но я ошибался. Через неделю, когда я поехал в гости к нашим общим друзьям семьи, опять увидел ее. Она была в малиновом летнем платье с открытыми рукавами, а в руках держала веер серебристого цвета. Она не спеша подходила в мою сторону, и, когда мы поравнялись, до меня донесся свежий, весенний аромат ее нежных духов. Я всегда предпочитал у женщин именно такой аромат духов, которые не распространяются на “километр”, а чувствуются только с близкого расстояния. Она прошла мимо меня и зашла в калитку соседнего дома, рядом с домом тех людей, к которым я собирался наведаться в гости, по странному стечению обстоятельств оказавшись их соседкой, чему я непомерно обрадовался. С этого дня я стал чаще наносить им визит, тем более что и повод нашелся. Я неплохо знал английский, и они давно просили меня позаниматься с их десятилетней дочкой. Девочка это была довольно прилежная, умная, делала успехи на первых порах, и заниматься с ней мне не составляло труда. Конечно, мне не каждый раз удавалась увидеть мою прекрасную незнакомку, я ее так называл про себя, так как не знал ее имени, но мне хватало одного того что она где-то рядом, и у меня есть шанс увидеть ее. Я старался стоять или сидеть возле окна, чтобы увидеть в случае, если она выйдет из калитки. А когда она выходила, я спешно прощался, уверяя, что вспомнил о важном деле и должен удалиться. Я не заговаривал с ней, не обмолвился ни единым словом, а только смотрел, ведь тогда считалось дурным тоном заговорить с не представленной тебе барышней. Хотя в глубине души понимал, что дело не только в этом. Она мне казалась такой недосягаемой, такой прекрасной, обаятельной, добросердечной, и я так восторженно любовался ей, что словам не оставалось места, и они казались мне неуместными. Мне достаточно было видеть ее, смотреть, как она поливает цветочки в саду из зеленой лейки с рисунком полевых цветов, как читает, сидя на скамейке следить за ее выражениями.
Так продолжалось примерно месяц. Но вскоре я опять потерял ее след. В саду уже поливала цветы другая женщина с пурпурными волосами. Я стал осторожно расспрашивать и разузнал, что она живет в другом городе и приехала сюда на лето в гости к своей тете, а теперь уехала обратно. Я не стал ее разыскивать, но ее идеальный образ запомнился мне на всю жизнь. Больше я ее не видел вплоть до сегодняшнего дня.
Занятый своими воспоминаниями, я не заметил, как наступило время антракта. Все, в том числе и она, встали со своих мест и направились в сторону выхода. Она шла грациозной походкой посреди толпы, и я последовал за ней. Мы вышли в фойе, где на стенах виднелись фотографии всех актеров, работающих в этом театре, а снизу была написана краткая информация о каждом из них.
С бурными приветствиями к моей незнакомке – я ее так называю, так как все еще не знаю ее имени, – подошла женщина со светлыми волосами, в стильном бежевом платье. Мне она показалась знакомой, и, приглядевшись, я узнал в ней супругу одного моего знакомого. Я стоял недалеко от них и услышал, как она позвала мою незнакомку в гости после театра, а она в свою очередь согласилась. Они, беседуя, направились в сторону буфета, их примеру последовал и я. Буфет был небольшой, с уютными столиками, вокруг которых разместились стулья с длинными спинками. Купив минералку, я сел за одним из круглых столиков. Они сидели недалеко от и пили чай с фруктовыми пирожными. Женщина в бежевом, облокотившись на спинку стула, о чем-то весело рассказывала, а моя незнакомка с легкой улыбкой на губах, изредка вставляя короткие реплики, слушала ее. В изящной руке с красивыми пальцами она держала чашку, которую неторопливо подносила к губам. Улыбка ее часто переходила на смех, и тогда в глазах ее, как и раньше, мелькали очаровательные лучики. Взгляд ее был таким же живым, выразительным, нежным и, как прежде, недосягаемым, словно ей было ведомо то, что оставалось неведомым для остальных. Сколько изящества таила в себе эта женщина, сколько обаяния!
Когда антракт закончился, мы вернулись в зрительный зал досмотреть вторую часть спектакля, в котором я даже не знал, о чем идет речь. Мой взгляд то и дело переходил со сцены к совершенному профилю незнакомки. Она сидела прямо, ее каштановые волосы сверкали. Я видел, как меняется ее выражение в разных сценах, как она улыбается своей светлой, лучистой улыбкой, которая не может оставить равнодушной никого.
Когда спектакль закончился, я так же, как и раньше, был в неведении ее сюжета, и если бы меня спросили, о чем там шла речь, затруднился бы ответить. Выходя из зала, я чуть не споткнулся, так как, подняв голову, высматривал в толпе мою незнакомку. В этот момент я наткнулся на своего знакомого, супруга женщины в бежевом. После приветствий и взаимных расспросов о самочувствии он сказал, что будет рад пригласить меня к себе нынче вечером. Это означало, что мне предоставилась возможность через столько лет официально познакомиться с ней, заговорить, узнать поближе. Ведь я знал, что и она приглашена к ним в этот вечер. Я мог сегодня услышать ее голос, обращенный лично ко мне, узнать ее мнение по какому, нибудь вопросу, обсуждаемому всеобщими присутствующими.
Но я отказался… Сказал, что заранее приглашен в другое место. Причиной моего отказа было не приглашения, на которое я ссылался, так как это даже было неправдой. Я вдруг понял, что не хочу ближе узнавать ее. Ведь мне в ней нравилась не только внешняя красота; сколь она была прекрасной внешне, столь же безупречным казался мне и ее внутренний мир, я считал ее и внутренне совершенной, человеком без изъянов, но в глубине души понимал, что многое прибавило ее натуре мое воображение. Я усовершенствовал ее в своем воображении, причисляя ей все идеальные качества. Не могу утверждать, что за эти годы вспоминал о ней так уж часто, нет. Но, когда разговор заходил о женщинах, о их личных качествах, мне невольно вспоминалась она в образе идеальной женщины. То, что я чувствовал к ней, нельзя было назвать любовью, это было платоническое чувство восхищения к женщине, в которой, в моем представлении, гармонично сочетались все идеальные качества. Но где-то в глубине сознания я понимал, что нет ничего идеального, и не хотел, чтобы она каким-нибудь словом или предъявленным мнением изменила мое представление о ней. Ведь не чуждо многим чувство, когда, посчитав кого-нибудь безупречным, понимаешь степень своей ошибки при ближайшем знакомстве с ним, чувство разочарования, когда обнаруживается, до какой же степени человек, которого ты считал совершенным, далек от идеала. Мне не хотелось без какой-либо надобности испытать это на себе. До сих пор я был с ней незнаком, пусть и отныне так продолжается. Мне не хотелось терять образ идеальной женщины.

Образ идеальной женщины
оценок - 1, баллов - 4.00 из 5
Рубрики: Новости | Чтение

RSS-лента комментариев.

К сожалению комментарии уже закрыты.