Перейти к комментариям Версия для печати изменить цвет подачи. Сделать шрифт жирным. Альтернативный просмотр. Увеличьте шрифт. Уменьшите шрифт.

“Единственное, чего нам следует бояться, – самого страха…”

Темы

Об авторе


Подписка
Автор
  . 24 мая 2013

Единственное, чего нам следует бояться,   самого страха...(Продолжение. Начало см. “Зеркало” от 18 мая 2013 г.)
2. Взлет
“Не идите в политику, если кожа у вас чуть тоньше, чем у носорога”.
Франклин Рузвельт
Переход от юридической практики к занятиям политикой для Рузвельта произошел достаточно быстро и, на первый взгляд, просто.
Для начала, пойдя по стопам отца, Франклин связал себя с Демократической партией. Надо учесть, что его родственник – президент Теодор Рузвельт – был республиканцем. Большого конфликта не произошло, но дядя Тед был весьма недоволен.
В 1910 году молодой и начинающий политик провел первую свою избирательную кампанию. Партийные боссы не слишком верили в успех и предложили избираться в легислатуру (законодательный орган штата) от глухого сельского округа в штате Нью-Йорк, где с давних времен побеждали республиканцы.
В соседнем штате Нью-Джерси в это время выдвинул свою кандидатуру на пост губернатора демократ Вудро Вильсон – профессор истории Принстонского университета. Через два года он станет президентом США.
Франклин принял сомнительное предложение и со всей страстью включился в предвыборную борьбу. В августе 1910 года состоялось его первое предвыборное выступление, причем произошло оно в пабе – пивнушке. “Называйте меня просто Франклином”, – начал он свою речь.
Франклин исколесил на автомобиле, красном “Максвелле” с открытым верхом, взятом в аренду, весь штат, пожав тысячи рук и обращаясь к избирателям с теплыми словами: “Друзья мои…” Историки обнаружили в бумагах Рузвельта высказывание, приписываемое Аврааму Линкольну: “Я не убежден в своей победе, но я знаю, что я говорю правду. Я не могу быть уверенным в своем успехе, но я нахожусь на стороне добра. Я должен быть с теми, кто на стороне истины, и должен расстаться с теми, кто живет во лжи”. Франклин этой цитатой сумел растрогать многих фермеров, по традиции с недоверием относящихся к демократам.
Произошло невиданное событие для этого края. Кандидат от Демократической партии победил, обогнав соперника – республиканского кандидата Джона Шлоссера, довольно известного юриста и опытного оратора.
4 января 1911 года сенатор штата Нью-Йорк Рузвельт, пройдя все торжественные процедуры, занял свое место в кожаном кресле с белым столиком, обозначенное цифрой 36 – номером его избирательного округа. Он снял дом в столице штата – городе Олбани, перевез свою семью и дал понять, что намерен работать в сенате штата full-time work – полный рабочий день. Чем он сильно отличался от многих своих коллег, которые приезжали из Нью-Йорка всего на несколько дней в месяц.
Став сенатором, Рузвельт вскоре начал подписывать деловые бумаги тремя буквами – инициалами FDR (ФДР), повторяя надпись на родительском плакате, посвященном его появлению на свет. Вначале самые близкие к нему деятели, а затем все более широкий круг людей стали повторять эту аббревиатуру, тем более что американцы вообще весьма склонны к сокращениям слов. В конце концов имя ФДР стало общеизвестным в США и за рубежом.
Приближались президентские выборы. Боссы Демократической партии поддерживали консервативного Чемпа Кларка из штата Миссури, а демократы-прогрессисты выступали за губернатора штата Нью-Джерси Вудро Вильсона. На съезде демократов в Балтиморе Франклин познакомился с Джозефусом Дэниелсом из Северной Каролины, издателеи и журналистом, который был во время съезда пресс-секретарем Вильсона. Молодой человек сразу понравился искушенному пиар-менеджеру, который писал позже, что это была “любовь с первого взгляда, потому что, когда люди тянутся друг к другу, это может быть проявлением некоего врожденного чувства, которое мексиканцы называют simpatico”. Знакомство оказалось весьма полезным в будущем.
Одновременно с президентскими выборами проходили выборы в местные органы власти. Рузвельт легко победил на них, даже несмотря на то, что в разгар предвыборной кампании заболел тифоидом, формой брюшного тифа, протекающей в сравнительно легкой форме, и значительную ее часть провел в постели. Рузвельту, можно сказать, повезло. Он избрал менеджером своей кампании журналиста Льюиса Хоу, в то время корреспондента газеты New York Herald, издававшейся в Олбани, с которым познакомился во время болезни.
Он постепенно становился тенью Рузвельта, незаменимым советчиком, тонким аналитиком, мастером слова и жеста. Человек проникновенного ума, остроумия, трудолюбия, мастер тонкой интриги, любитель театра, самоотверженно преданный Рузвельту, Хоу стал для него неоценимым приобретением, максимально облегчившим его политическую деятельность.
Об их отношениях говорит такой эпизод. После предвыборной кампании 1932 года комнатный слуга в Белом доме принес Хоу записку от президента. Тот, прочитав ее, заорал на посланца: “Скажи президенту, пусть убирается ко всем чертям!” Деликатную миссию передать ответ взяла на себя горничная: “Господин президент, господин Хоу говорит, что придется чертовски много поработать…” Рузвельт, смеясь, ответил: “Хоу не мог так сказать, Лиз! Он посоветовал мне убраться ко всем чертям!”
Хоу сразу поверил в звезду Рузвельта. Впоследствии он не раз говорил, что уже в то время пришел к выводу: “Только случайность может привести к тому, что этот человек не станет президентом”. В это трудно поверить, как говорит английская пословица, it is easy to be wise after the event – легко быть мудрым после события и поэтому утверждать все что угодно. Однако у исключительной проницательности Хоу, которую тот проявлял неоднократно, есть документальное подтверждение. Российский исследователь Георгий Чернявский нашел публикацию обнаруженного в архиве письма Хоу Рузвельту от июня 1912 года, посвященного чисто бытовым вопросам, но начиналось обращением: “Дорогой и почтенный будущий президент!”
К сожалению, Хоу был очень больным человеком, и в 1936 году он умер. Это была большая потеря для Рузвельта, которую он переживал очень тяжело.
Новый президент Вильсон был в курсе первого избирательного успеха Рузвельта, следил за его выступлениями в соседнем штате и даже встречался с ним, еще будучи губернатором Нью-Джерси. Вильсон решил, что молодой политик может быть ему полезным. Не располагая другими вакантными местами, он согласился с предложением военно-морского министра, каковым стал Джозефус Дэниелс, на должность его заместителя.
Дэниелс вспоминал, что перед назначением Рузвельта он решил посоветоваться с сенаторами, представлявшими в Конгрессе штат Нью-Йорк. Он был удивлен, когда сенатор Элиу Рут, бывший государственным секретарем в администрации Теодора Рузвельта, с хитринкой в глазах заметил, откликаясь на предстоявшее назначение Франклина: “Вы знаете Рузвельтов, не так ли? Всякий раз, когда кто-то из Рузвельтов движется, он стремится выдвинуться вперед”. Дэниелс ответил спокойно: “Шеф, который боится, что заместитель обгонит его, не годится в шефы”. Примерно в том же духе высказался и сам президент, которому Дэниелс счел нужным доложить об этом разговоре. Вильсон задумчиво произнес: “Его выдающийся родственник Теодор Рузвельт прошел путь с этого самого места до президентства. Может быть, история повторится?”
Энергия Рузвельта нашла выход. Военный флот США многим ему обязан. Одновременно тщательно изучались вашингтонские коридоры власти, устанавливались взаимоотношения с Конгрессом, влиятельными сенаторами и конгрессменами. Сумел он поладить и с руководителями профсоюзов, а яростное сопротивление монопольному вздуванию цен дало национальную известность.
Пришло и уважение профессионалов. Рузвельт неоднократно брал на себя командование военными кораблями и показал умение проводить быстроходные эсминцы в сложных условиях. Заместитель министра хорошо знал молодых офицеров – Уильяма Леги, Уильяма Хэлси, Честера Нимица, Гарольда Старка. Все они в адмиральских званиях командовали американским флотом в годы Второй мировой войны.
Со вступлением США в Первую мировую войну в 1917 году работы военно-морскому министерству прибавилось. Просьба отпустить на фронт была отклонена президентом Вильсоном, пришлось ограничиться инспекционной поездкой в Европу летом 1918 года. Во время пребывания в Англии он познакомился с военным министром Уинстоном Черчиллем. На последнего та встреча не произвела впечатления, возможно, из-за большой занятости. Во всяком случае, Черчилль еще в 1939 году считал, что не встречался с Рузвельтом, и вспомнил о давнем знакомстве гораздо позже.
Когда закончилась война, Рузвельт считался перспективным политиком и в 1920 году баллотировался на пост вице-президента в паре с губернатором штата Огайо Джеймсом Коксом. Выборы демократы проиграли, но Рузвельт не унывал. Политическая карьера продолжалась, хотя одно событие чуть было не положило ей конец.
В начале августа 1921 года во время рыбалки на яхте возле Кампобелло Рузвельт потерял равновесие и упал в холодную воду. Долго не мог прийти в себя, все тело сотрясала дрожь. На следующий день Франклин с сыновьями тушил лесной пожар. Пошатываясь от усталости после тяжелой борьбы с огнем, он решил взбодриться купанием в холодной воде. К вечеру отказали ноги. Назначенное лечение не принесло облегчения, в конце августа врачи поставили диагноз – полиомиелит. В те времена неизлечимая болезнь. Рузвельт был в отчаянии, но довольно скоро утешил себя мыслью, что провидение оставило его в живых для еще не известной цели.
С приближением президентских выборов в 1928 году Рузвельт высказал свое видение ситуации в речи на съезде демократов в Хьюстоне. “Америка нуждается в поводыре, вознице, который выведет ее на дорогу и сумеет избежать погибели в бездонном болоте грубого материализма, поглотившего многочисленные великие цивилизации прошлого, который обладает волей к победе и который не только заслуживает успеха, но и умеет добывать его”.
Эффект от речи Рузвельта, как свидетельствовала пресса, был огромен. Может быть, это обстоятельство подтолкнуло его к принятию предложения партийных боссов баллотироваться на пост губернатора штата Нью-Йорк. Тяжелые размышления закончились решительным выводом. “Если ты живешь в политике, – объяснял Рузвельт свое решение сочувствующему ему шоферу, – то должен играть по правилам игры”.
(Продолжение следует)

“Единственное, чего нам следует бояться, – самого страха…”
оценок - 1, баллов - 5.00 из 5
Рубрики: Люди

RSS-лента комментариев.

К сожалению комментарии уже закрыты.