Версия для печати изменить цвет подачи. Сделать шрифт жирным. Альтернативный просмотр. Увеличьте шрифт. Уменьшите шрифт.

Игра в четки

Опубликовано:19:25 05/10/2012

(Продолжение. Начало см. “Зеркало” от 22 и 29 сентября 2012 г.)
ЭМИГРАНТ
Они учились на IV курсе. Мать Надира была армянкой, и уже года два как, взяв дочь, уехала в Германию. Надир же был типичным разгильдяем: месяцами не ходил на занятия, пил на пару с отцом, играл в азартные игры… Зарабатывал тем, что делал записи с кассет и дисков, которые присылала мать.
- Уезжай к матери, – посоветовал ему однажды пьяный отец. – А там, глядишь, и я к вам подтянусь…
- Ребята, пойдем со мной в посольство получать визу, – “свидетелями” будете, – сказал однажды Надир ему, Самиру и Акифу – институтским друзьям. Никто не отказался. Всем было интересно, зная спесивый нрав Надира, посмотреть на “спектакль”.
Зайдя в посольство, они прошли две комнаты и уселись на диван в ожидании секретаря.
- А что ты там будешь делать? – спросил у Надира Акиф. – Чтобы получить гражданство надо минимум три года.
- Пить, гулять, воровать, – ехидно отвечал Надир. – Главное – туда попасть.
Прошло минут десять, и появился секретарь, – полулысый немец с небольшим животом, опрятно одетый.
- Точно “Мюллер”, – проговорил Самир вполголоса.
- А тот – “Штирлиц”, – добавил он, указав на худощавого фрица, стоявшего в конце коридора.
При этих словах Надир вскочил, подбежал к секретарю и, подняв правую руку вверх, громко провозгласил:
- Heil Hitler! Deutchland under allez! Das ist fantastisch! Ya, ya!
Секретарь остановился, удивленно посмотрел на “просителя” и, немного покраснев, прошел в свою комнату.
- Ну, как я его, а? – неугомонно ревел Надир.
Мы залились хохотом. Через пять минут из комнаты секретаря вышла русскоязычная блондинка и, назвав фамилию Надира, продекламировала, что ему отказано в прошении… Но прошло два месяца, и на факультете пронесся слух, что Надир уехал-таки в Гамбург к своей матери…
…В то время они часто собирались у Эльдара, который жил в четырехкомнатной квартире с родителями и своим старшим братом. “Покер”, “очко” – азартные игры всегда были в моде. Ему нередко везло. Однажды, за один вечер, он выиграл 700$… В один октябрьский вечер они, как обычно, собрались в тесном кругу. Везло в основном Расиму, который сидел слева от него.
- Эх, с этими бабками сейчас бы на самолет и за границу, – провозгласил Расим после очередной взятки, потирая руки.
- Кстати, ты знаешь Надира? – спросил у того Самир.
- А кто это? – спросил Расим, учившийся в другом институте.
- А что такое, в чем дело? – спросили те, кто знал.
- Его депортировали, – ответил Самир.
- За что, за что? – не унимались собравшиеся.
- Пробыв в Гамбурге неделю, он что-то там украл в магазине не то на улице, и его тютю – обратно, – объяснил Самир. – Сейчас с паханом продали квартиру и живут на Баилово.
Собравшиеся, те, кто знал Надира, залились хохотом, а Расим сказал:
- Дурак этот ваш Надир! Воровать тоже надо уметь, – и протянул 5$ комиссионных Эльдару.
НЕБЕСНЫЙ ДАР
Стоял жаркий август. Он с родными был на даче и весь вечер рассматривал звезды на чистом прибрежном небе. “Все-таки, как ни крути, но человеческий мозг – космического происхождения, – размышлял он. – Иначе как объяснить его обособленность от других видов, населяющих эту планету?”
Вечером все смотрели TV. Он заскучал и пошел на веранду укладываться в постель. Погода была тихая. С севера нежно доносился шум моря.
“А где же луна?” – вдруг поймал он себя на мысли, не обнаружив на небосклоне единственного естественного спутника нашей планеты. “Наверное, ночью взойдет”, – подумал он и продолжал лежать с открытыми глазами…
Шел третий час ночи. Все уже спали, и только звезды и уличный фонарь в конце веранды освещали его ночные мысли. Вдруг слева от него, с востока, стало появляться какое-то зарево. Он невольно повернул голову и стал смотреть. “Ну вот, и луна восходит”, – подумал он, как огромный оранжевый диск стал медленно подниматься с горизонта. Он пристально уставился на эту картину, как вдруг… его стошнило, и в ту же секунду он ощутил взрыв в левой части головы, точно восходящая луна притянула его к себе. Это было наподобие удара током. Левая часть головы резко прояснилась, все проблемы и вопросы, мучившие его до сих пор, разом отпали, он вдруг почувствовал себя пророком – человеком, призванным к великим свершениям в этой жизни.
Вскочив с постели, он бегом направился в туалет (там его опять стошнило) и, вернувшись оттуда, сладко уснул…
…Назавтра он проснулся во втором часу дня уже другим человеком. Но жутко болела правая часть головы.
Подойдя к книжному шкафу, он взял оттуда “Медицинский справочник” и стал читать главу “Лунатизм”.
ИГЛА
Это было осенью. Он, Назим и Саша, которым было по 22, решили оттянуться. Было решено пойти на “Морвокзал”. Там, на пароме, была хорошая и дешевая выпивка. А еще можно было снять “каюту с девочками”.
Весело проведя там два с половиной – три часа, приятели двинулись к станции метро, чтобы оттуда разойтись по домам. Возле станции есть одноименный садик, и они присели на длинную скамейку, чтобы перевести дух: у Назима вдруг прихватило сердце. “Вот бы сейчас наркотиков для полной кондиции, – пронеслось в его пьяной голове. Но Назим с Сашей от этого далеки, да и денег осталось мало, – с досадой подумал он”.
- Ребята, не скажете, который час? – вдруг спросил один из двух подходивших к скамейке типов в кожаных куртках.
- Полдесятого, – ответил Саша.
Те оба тут же присели к ним на скамейку.
- А вы, по-моему, с гулянки идете, угадал? – выпалил тип, явно навязываясь на разговор.
“Кажется, наклевывается, – подумал он, – наверняка наркоманы. Но что им от нас нужно?” – продолжал он размышлять на пьяную голову”.
- Вы, ребята, я вижу, образованные, институтские, – продолжал тип, – а мы вот – из пригорода; решили в городе прогуляться.
- Чего вам от нас нужно? – сообразил Назим.
- Зачем так грубо? – подлизывался тот. – Вот, думаем, если хорошие ребята, пойдем куда-нибудь вместе, погуляем. Тем более, у нас есть кое-что, – лукаво вставил тип, посмотрев на своего подельника. Тот ухмыльнулся в ответ. “Ну вот оно, сам Бог послал”, – продолжала думать его пьяная голова.
- Пойдем, ребята, мне уже лучше, – встал со скамейки Назим, обращаясь к нам. Саша привстал за ним.
- У вас зелень или чернушка? – пьяным голосом спросил он у типа. У того вдруг загорелись глаза.
- Да какой хочешь, такой и найдем, – лукаво ответил тот. Подельник тоже встрепенулся.
- Ребята, я, пожалуй, останусь с ними, – пробормотал он. Завтра встретимся на Торговой.
- Не-ет! – встрепенулся Назим, – ты что это? Пойдем домой с нами, – взял он его за руку.
- Ребята, вы меня поймите, я еще не нагулялся, – настаивал он.
Несмотря на всяческие уговоры товарищей, он все же решительно отказывался уходить. Уж больно тянула на наркотики его пьяная голова.
- Да ты не волнуйся, брат, мы погуляем и еще сами его домой проводим, – привстали и оба типа.
…Назим и Саша, обескураженные, пошли домой. Он же, пьяный и довольный, повернул в сторону вокзала, куда потащили его, не менее довольные, два типа – грабителя.
- Так что у вас, черный или зеленый? – продолжал он по дороге.
- Что тебе надо, то и найдем, – повторил первый.
- Я бы с удовольствием сделал укольчик – не понимая сути дела, продолжал откровенничать он.
Грабители переглянулись.
- Дойдем до вокзала и там все устроим, – ответил тип.
- У вас там что, хата? – несло его.
- Да, вот у него там хата, – указал первый на второго.
… Дальше разговор шел вкривь и вкось. Он рассказал грабителям историю, как однажды его в метро чуть не “зацепили” менты.
- Представляешь, – говорит он первому, я положил коробок с зеленью в ботинок. Мент меня всего обшманал и добрался до обуви; и когда тот стал щупать ботинки, – я ловко привстал на дыбы.
- И что? – поддерживал разговор тот.
- Ничего… Они меня отпустили и еще извинились, – ответил он. “Хорошо” что я его в куртку не положил.
- Кстати, почем твоя куртка; где ты ее купил? – спросил тип.
На нем была коричневая лайковая куртка из чистой кожи, правда, слегка поношенная.
- Да, не помню, – ответил он. – А что, нравится?
- Очень, – лукаво произнес тот и посмотрел на второго. Тот шел твердой походкой, не вмешиваясь в разговор. Они тихо-тихо подходили к привокзальному метро.
- Ладно, ребята, а как будем распределять товар? – спросил он.
- Что? – вдруг насторожился тип.
- Нас трое или там еще кто-то есть?
- Нет, мы втроем, – быстро ответил тот и переглянулся со вторым.
- Ты сколько делаешь? – спросил он.
- А? – замялся тот.
- Ты сколько кубиков мажешь? – твердо спросил он.
- Десять! – также твердо произнес тот.
- Сколько? – остановился он.
- Пятнадцать! – проговорил тот.
Они остановились возле самых дверей метро. Тут, наконец, его пьяную голову осенило.
- Тьфу! Я свой… – злобно проговорил он
- Да не волнуйся ты, все будет нормально, – крепко держал его руку тот. Он резко отдернул, руку и произнес:
- Я занимаюсь этим уже восемь лет, а ты, мразь, хочешь меня одурачить – резко выпалил он.
Возле дверей метро стояли постовые. “Не сдать ли этих гадов в руки закона, – пронеслось в его голове. – Да-а, с ментами лучше не связываться, подытожил он”, – и, плюнув в их сторону, направился ко входу в метро.
… Дома его встретила встревоженная мать.
- Ты откуда идешь? – спросила она. – Звонил Назим и сказал, что ты был сильно пьян и вы разошлись в садике.
- Все хорошо, – сухо произнес он и поцеловал ее.
Раздевшись, он сел в кресло и тупо уставился в телевизор; был первый час ночи…
ПОЭТ
Был обычный жаркий день “бабьего лета”. Он уже вернулся с дачи и провожал жару под кондиционером. Проснувшись в 3-м часу дня, он выпил кофе и выкурил сигарету. Вдруг зазвонил телефон – это был его дядя.
- Айдын скончался, – проговорил тот.
- Что?.. Когда? – в замешательстве спросил он.
- По-моему, вчера, – отвечал дядя.
- Что поделаешь, все мы когда-то умрем, – уныло проговорил он и, договорившись с дядей о встрече, повесил трубку.
По дороге в морг он мысленно прокрутил в голове весь короткий жизненный путь Поэта, с которым дружил с юных лет. “Взлет, вершина и затем стремительное падение, – начертил он мысленно такой график. Действительно, Поэт просто опустился после неудавшейся попытки самоубийства. Прожил еще 5 лет, и вот… Но, удивительное дело, именно в эти 5 лет он женился, и у него родился наследник – сын. А раньше, когда Поэт был в расцвете сил, то был таким же праздным разгильдяем, как и он сам. Наверное, именно живя так, можно черпать тягу к творчеству, – подумал он, – а жена, семья, дети связывают человека и обязывают вести мещанский образ жизни”, – размышлял он в автобусе.
- Вот так и умер на улице, – проговорил дядя, увидев его. – А дома – грудной ребенок. Вот до чего доводит такая жизнь, – с намеком глядя на него, сказал дядя.
… Айдына похоронили на следующий день, в Шамахе, на фамильном кладбище. На церемонии присутствовали близкие и друзья – поэты, писатели, художники, родственники. Но он знал многих из другой жизни Поэта, которых тут не было и не могло быть.
… Подлинная поэзия мыслится как воплощенная простота, и всякий истинный поэт – натура простая и тонкая. Айдын же доказал, как сложный по натуре человек может быть поэтом. Гениальным поэтом…
(Продолжение следует)

Игра в четки
оценок - 0, баллов - 0.00 из 5

RSS-лента комментариев.

К сожалению комментарии уже закрыты.