Перейти к комментариям Версия для печати изменить цвет подачи. Сделать шрифт жирным. Альтернативный просмотр. Увеличьте шрифт. Уменьшите шрифт.

“Две доpоги жизни”

Темы

Об авторе


Подписка
Автор
  . 29 декабря 2012

Под таким названием издана монография, посвященная литературному творчеству Гасана Сеидбейли

Две доpоги жизниНесмотря на то, что азербайджанская проза прошла богатый путь развития, отдельные ее этапы на уровне новых научно-теоретических достижений не были серьезно изучены и системно исследованы. В этом плане литературное творчество известного режиссера и сценариста, кинодраматурга и публициста, народного артиста АР Гасана Сеидбейли, известное, к сожалению, лишь узкому кругу специалистов, можно сказать, осталось в тени, хотя в его произведениях нашли свое отражение художественно-эстетические и идейно-содержательные особенности различных направлений развития азербайджанской литературы. В связи с этим хотелось бы представить читателям “Зеркала” монографию старшего преподавателя кафедры азербайджанского языка и литературы Азербайджанского университета языков Севиндж Казимовой под названием “Две дороги жизни”. Книга посвящена известному режиссеру и талантливому сценаристу, народному артисту Азербайджана, человеку большого художественного дарования и щедрой души, ученику знаменитого С.Эйзенштейна Гасану Сеидбейли, день рождения которого отмечался 22 декабpя.
- Что сподвигло вас на то, что вы обратили внимание на литературное творчество Г.Сеидбейли, которое неизвестно широкому кругу читателей?
- Еще учась в университете, я читала некоторые его произведения, которые входили в учебную программу. Приступив к работе на кафедре азербайджанской литературы в Азербайджанском университете языков, я начала готовиться к написанию кандидатской работы. Мне сказали, что будет лучше, если тему, отвечающую всем научным критериям, подскажут в Институте литературы им.Низами НАНА. Шесть лет назад институтом заведовал покойный академик Бекир Набиев, который предложил мне на выбор пять тем. В университетские годы прочитанные произведения Г.Сеидбейли создали во мне мнение о нем, как об очень крупном и маститом писателе. Остановившись на творчестве Г.Сеидбейли, посоветовавшись с отцом, я утвердилась в правильности своего выбора. При утверждении темы в Институте литературы им.Низами НАНА академик Б.Набиев заметил, что тема эта новая и интересная, но не разработанная, материалов по ней не так уж и много, поэтому она требует повышенной ответственности. Г.Сеидбейли – современный писатель, но его литературное творчество известно узкому кругу специалистов, оно не исследовано, и, кроме его произведений, ориентироваться мне было не на что. Этот момент мобилизовал все силы, прибавлял ответственности и какого-то принципиального задора: я с интересом принялась за работу. Признаюсь, что некоторые коллеги по литературному цеху отговаривали меня от этой темы, объясняя тем, что есть писатели более известные и “раскрученные”, о которых писать легче. Но выбор был сделан, мое решение было бесповоротным.
- Какого рода трудности возникали в процессе работы?
- Прежде всего, первым делом я принялась искать и собирать произведения Г.Сеидбейли, что оказалось делом не столь легким. Даже в Ахундовке не было все, что было нужно мне. После долгих и безуспешных поисков в городских библиотеках мне пришлось поехать в Сумгайыт. Библиотекарь центральной библиотеки города, узнав о моей теме, проявила не только большую чуткость и внимание, но и высокий профессионализм, оказав неоценимую услугу. Она собрала все газетные публикации и статьи, как на русском, так и азербайджанском языках, причем не только написанные о самом авторе, но и его собственные публицистические статьи. Пользуясь возможностью, выражаю бесконечную благодарность городской библиотеке Сумгайыта и ее сотрудникам. Сборник публицистических статей под названием “Места, которые я увидел” Г.Сеидбейли, написанный по следам его официального визита в Японию, Америку и Югославию, вообще был только в одном месте, маленькие рассказы тоже пришлось долго искать. Есть также произведения, которые вовсе не известны читателям и литературоведам, например, несколько драматических произведений, они были поставлены в театрах зарубежных стран. Об этом прошла информация в газетах, но пьесы пока не найдены. Мои поиски были напряженными и долгими.
Семья Г.Сеидбейли также оказала мне большую помощь, отдав неопубликованную вторую часть романа “Судоверфь”, и многие другие материалы. Архив Г.Сеидбейли находился на киностудии, и разрешение ознакомиться с его материалами можно было получить только у его детей, но тогда я не знала об этом. Я уверена, что в архиве есть еще много ценных материалов для исследований. Работа над диссертацией потребовала более трех лет времени. Мне посоветовали еще до защиты по следам диссертации издать отдельную книгу, что я и сделала, назвав ее “Две дороги жизни”. Путь режиссера и сценариста Г.Сеидбейли был очень насыщенным и содержательным, он занимал ответственные посты в СК и других структурах. Литературная стезя, возможно, была не столь публичной и зрелищной, как кинематографическая, но она была не менее значима, высокопрофессиональна и серьезна. В силу удивительной скромности личности Г.Сеидбейли и чрезвычайно плотного жизненного графика эту сторону своего творчества Гасан муаллим особенно не выпячивал.
Отрадно, что дети такого светлого и глубоко образованного человека, так много сделавшего для национальной культуры Азербайджана, оставившего яркий след в отечественном кинематографе, избрав другие области наук, достойно несут фамилию своего отца.
- Обратившись к литературному творчеству Г.Сеидбейли, вы дали вторую жизнь его мало известной области литературного творчества, которое ждало своего часа. Этот час пробил благодаря изданию вашей книги. Интересно, как бы вы охарактеризовали произведения Г.Сеидбейли, что отличает его творчество от произведений других современных ему авторов?
- Творчеству Гасан муаллима присуще обращение к представителям самых разных сфер деятельности, различным событиям, независимо от того, сельская ли это тематика, производственная, касается ли она внутреннего мира человека или картин природы. Независимо от объема произведения, повествование идет по восходящей линии и достигает своего апогея, идея рассказа или романа доводится автором до пика. Он живописал актуальные тенденции азербайджанского общества второй половины прошлого века, он видел в людях, как красоту, так и уродство. Порой писатели пишут о том, что хотели бы видеть в людях, наделяя их желаемыми качествами. Показать то, чего не хватает или вовсе нет, не так уж и трудно. А Г.Сеидбейли писал именно то, что видел, его женские и мужские образы предельно живы и узнаваемы, их описание очень тонкое, порой неуловимое, каждый прожит им самим, в каждом образе живет маленькая часть души Гасана Сеидбейли. После того, как была написана диссертация, у меня появилось желание вновь вернуться к его произведениям, но уже в другом качестве, через призму всего прочитанного, прочувствованного и пережитого вместе с автором. Г.Сеидбейли, безусловно, был очень светлым и позитивным человеком.
- Правда, что после вашего обращения к творчеству Г.Сеидбейли была опубликована вторая часть романа “Судоверфь”?
- Да. После того, как я прочла вторую часть в рукописи, я получила разрешение семьи Г.Сеидбейли на редактуру, потому что в романе было много русских терминов, ведь действие проходило в советские времена, когда в обиходе было много русских слов и терминов, официально использовавшихся в азербайджанском языке. Перевод технических терминов и выражений тоже дался нелегко. Затем я подготовила предисловие к изданию второй части романа “Судоверфь”, – “Хазар”. Два года назад отмечалось 90-летие Г.Сеидбейли, и к этой дате была приурочена публикация второй части романа “Хазар” на азербайджанской латинице.
Очень хотелось бы еще раз обратиться к творчеству этого замечательного автора. Думаю, что на этот раз это будет не научная работа, а художественное эссе, где я могла бы выразить все свои накопившиеся эмоции, все мысли, которые отсеялись в процессе долгих лет общения с художественным материалом, вживания в образы, немых бесед и полемик с автором. После многолетней работы у меня возник иной угол зрения, другой ракурс, появилось, отличное от прежнего, видение эпохи, людей, персонажей, самого автора. И, конечно, хотелось бы перевести и первую часть романа “Судоверфь” на латиницу и издать роман полностью. Я так вжилась в персонажи произведений и образ самого автора, что он стал почти родным человеком, даровавшим мне незабываемые минуты и часы глубочайшего духовного удовлетворения и просветления.
- В своей диссертации вы сделали анализ не только литературного творчества Г.Сеидбейли, но и его сценариев, т.е. вам удалось охватить все творчество автора: и публицистику, и сценарии. Более того, вы посвятили творчеству этого писателя 12 научных статей, изданных не только в Азербайджане, но и в России, Грузии и Турции. Можно сказать, что вы прошли шаг за шагом по всей жизни Гасана Сеидбейли?
- Иначе и невозможно, ведь Г.Сеидбейли невозможно рассматривать вне его фильмов, вошедших в золотой фонд национальной кинематографии. Взять, скажем, картину “Наш учитель Джабиш”. Казалось бы, военная тематика: жизнь в городе, которого не коснулась война, но какие судьбы и характеры, как все они выписаны выпукло, сочно и ярко, какие запоминающиеся эпизоды, образы. Наши корифеи-актеры даже в эпизодических ролях создали незабываемые образы. Или, например, “Насими” с неизвестным и молодым в то время Р.Балаевым. Представьте, что для утверждения его на роль Насими Г.Сеидбейли долгие месяцы ходил в ЦК КПСС, чтобы “выбить” разрешение. Чиновники никак не могли “увидеть” молодого актера в такой серьезной роли средневекового поэта. Но настойчивому режиссеру удалось-таки получить разрешение и снять Р.Балаева в этой роли, а азербайджанскому кинематографу – подарить еще один шедевр искусства. Когда он снимал фильм о Михайло, он очень хотел поехать в Италию и Югославию посмотреть места, где воевал азербайджанский разведчик, но в советское время это было невозможно. Многие эпизоды фильма были сняты в Баку. Через много лет, когда Г.Сеидбейли побывал на берегу Адриатического моря и фильм “На дальних берегах” был показан там, люди, лично знавшие Мехти Гусейнзаде, удивлялись, как точно удалось режиссеру воссоздать места боев, улицы города Триеста, его здания, – т.е. все в точности совпадало, словно было снято там. Режиссер вспоминал, что, когда он своими глазами увидел эти места, он подумал, что они ему приснились, именно поэтому получились такими живыми и оригинальными.
Г.Сеидбейли был очень разносторонне одаренной личностью. Представьте, что он, не будучи переводчиком, сам переводил с английского зарубежные фильмы. Он очень тонко чувствовал музыку и безошибочно выбирал композиторов для своих фильмов. Именно поэтому мелодии его фильмов у всех на устах, их знают все, – от мала до велика. Музыка в его фильмах составляла единое гармоничное целое с сюжетом и действием. Это был необыкновенно талантливый человек, обладавший тонкой интуицией и профессиональным чутьем, которое никогда его не подводило. Его дарование было настолько неисчерпаемым, что, казалось, в нем уживались несколько очень талантливых людей, объединенных неизбывной любовью к людям и к искусству. В конце своей жизни он снял фильм “Заботы счастья”, словно хотел видеть всех счастливыми, и устранить все, что мешает нам для счастья.
…Гасан Сеидбейли не дожил несколько месяцев до своего 60-летнего юбилея, причем, он не был болен, никогда не жаловался на здоровье. Профессор Гюльрух Алибейли в своей книге “Наш думающий мир” делится воспоминаниями о своей последней встрече с Гасаном Сеидбейли незадолго до его смерти: “…Режиссер был очень взвинчен и напряжен. В то время чиновники от культуры руководили всеми мероприятиями этой сферы, оказывая “мелкие” услуги некоторым деятелям искусства. На обсуждении сценария фильма “Бабек” вносились предложения, обсуждались кандидатуры актеров на роли. Г.Сеидбейли как режиссер был отстранен от съемок фильма, и этот факт сыграл свою роковую роль в его жизни. Грубое и бесцеремонное вмешательство в творческий процесс не оправдывалось никакими доводами, и стало причиной смерти выдающегося организатора кинематографии, талантливого режиссера, писателя и общественного деятеля. А в действительности это было неприкрытым и бесцеремонным оскорблением, и сердце творческого человека не выдержало…”.
- Я не сомневаюсь, что по следам произведений Г.Сеидбейли будет написано еще много диссертаций, монографий и исследований. Но вы оказались мужественным первопроходцем, не свернувшим со своего пути, открывшим нам другую, малоизвестную ипостась таланта этой личности…
- Я считаю большой удачей, что именно мне выпала такая честь, и благодарю за это свою судьбу. Уверена, имя Гасана Сеидбейли непременно будет стоять не только в ряду выдающихся режиссеров и сценаристов, но и талантливых писателей Азербайджана.

“Две доpоги жизни”
оценок - 0, баллов - 0.00 из 5
Рубрики: Культура

1 комментарий

RSS-лента комментариев.

К сожалению комментарии уже закрыты.

  • Лейла Сабзали

    Спасибо автору. Всегда с огромным удовольствием читаю ее материалы. Всегда интересные, о значительных людях, написанные прекрасным языком.

    Thumb up 0 Thumb down 0