Перейти к комментариям Версия для печати изменить цвет подачи. Сделать шрифт жирным. Альтернативный просмотр. Увеличьте шрифт. Уменьшите шрифт.

Дипломатические последствия конфликта на Ближнем Востоке

Темы

Об авторе


Подписка
Автор
  . 29 ноября 2012

Египетский президент Мурси выиграл на международной арене, но проиграл внутри страны

Дипломатические последствия конфликта на Ближнем ВостокеКонфликт Израиль-ХАМАС в секторе Газа обозначил новую военно-стратегическую и дипломатическую конфигурацию на Ближнем Востоке. Несмотря на гневное осуждение Израиля со стороны арабских и мусульманских государств, на самом деле никакого единодушия в этом лагере никогда не было и нет на сегодняшний день. Прибытие арабских министров и турецкого премьера Эрдогана в сектор и требования прекратить агрессию были только информационной дымовой завесой, призванной скрыть усилившуюся конфронтацию между основными игроками в этом регионе.
Начнем с проигравших в дипломатическом смысле. Первым в этом ряду находится Иран. Военная беспомощность ХАМАС и других террористических группировок похоронила надежды Тегерана создать угрозу в ближнем тылу Израиля. Иранское руководство всерьез надеялось, что в случае израильской атаки на его ядерные объекты из Газы начнется убийственный ракетный обстрел Израиля. Такая угроза по замыслу иранских стратегов должна была ослабить силы израильской авиации, готовой нанести удар по иранской территории. Теперь выясняется, что на такую поддержку рассчитывать нет никакого смысла. Более того, оказалось, что боевики всех мастей сами нуждаются в защите и поддержке.
Во-вторых. Иранское руководство, несмотря на обиду в связи с уходом ХАМАС к его противникам в виде монархий Персидского залива и Египта, теперь просто вынуждено продолжить вооружать ХАМАС и другие группировки без всякой надежды на взаимность.
В-третьих. Иранская опора в Ливане в виде организации ХЕЗБОЛЛА оказалась также весьма ненадежной как союзник. Мало того, что эта организация, взращенная на иранские деньги, вооруженная и финансируемая Тегераном, отказалась реально участвовать в сирийском конфликте на стороне Асада, но и не оказала никакой помощи в атаке на север Израиля. Слабые попытки обстреливать израильскую границу натолкнулись на действенный отпор, но в гораздо большей степени на откровенное нежелание таскать каштаны из огня для ХАМАС. Здесь не только противостояние по линии шиитская “Хезболлах” – суннитская ХАМАС, а желание сохранить силы в будущем конфликте в Ливане в случае расширения противостояния и на эту страну из Сирии. Добавим к этому дистанцирование от Тегерана иракского руководства, и мы получим картину полной дипломатической изоляции иранского руководства, по крайней мере, в мусульманском мире по всему периметру границ Ирана.
Следующий проигравший – Турция. Внешняя политика страны стала ареной сплошных потерь. Резкий поворот от дружеских отношений с Израилем до враждебных никаких дивидендов Анкаре не принес. На короткое время Эрдоган стал любимцем арабской улицы, но и только. Активное участие Турции в посредничестве для прекращения огня было мгновенно пресечено в первую очередь Египтом. Характерно, что государственный секретарь США Хиллари Клинтон во время своих челночных передвижений между столицами региона ни разу не заехала в Анкару. В результате гневные филиппики Эрдогана оказались не более, чем сотрясанием воздуха. Зато до предела обострилась курдская проблема на севере Сирии, что заставило турецкую политику буквально на полном ходу совершить поворот оверштаг и в очередной раз искать приемлемое решение курдской проблемы со своими ярыми противниками из руководства Рабочей партии Курдистана. Провозглашенный курс министра иностранных дел Давутоглу о нуле проблем с соседями зашел в полный тупик. Наоборот, со многими соседями Турции у нее есть проблемы и весьма острые. С Ираном плохо, с Ираком не намного лучше, с Сирией вообще говорить не о чем.
Теперь совершенно очевидно, что, потеряв с Израилем и весьма много, Турция ничего не приобрела. Более того, как показывают последние события, потери продолжаются, и когда этот негативный процесс остановится, совершенно не ясно.
Подписание перемирия в секторе Газа встретили народными гуляниями с песнями, плясками, стрельбой в воздух и взаимными лобзаниями. На людей, переживающих горечь поражения, они совсем не походили. Ликование было таким, будто извечный враг оказался разбит и повержен. Конечно, для простых людей были основания для радости, так как ушла опасность попасть под обстрел, который неизбежно наступал после очередного ракетного пуска в сторону Израиля.
А вот с политическими последствиями все не так безоблачно. Ввязываясь в конфронтацию с Израилем, руководство ХАМАС рассчитывало на безусловную поддержку своего идеологического двойника в лице египетского президента. Другими словами, от разговоров о разрыве с Израилем Каир перейдет к действиям, вплоть до военной демонстрации на границе.
С точки зрения ХАМАС, неограниченная его поддержка правительством братьев-мусульман должна была последовать автоматически независимо от их действий.
Каково же было их разочарование, когда действительность оказалась прямо противоположной. В деле контроля за контрабандой оружия через синайские туннели новое египетское правительство действовало еще более жестко, чем его предшественники. В сентябре в Газе даже прошли организованные ХАМАС демонстрации против пограничной политики Египта. Видимо, у лидеров ХАМАС было представление, что теперь Египет для них станет тем же, чем Сирия стала в 2006 году для “Хезболлах”. Втягиваясь в противостояние с Израилем они хотели поставить египетского президента перед свершимся фактом и фактически привязать его к своей колеснице.
Египетские предупреждения насчет возможной израильской операции в Газе ХАМАС воспринял как политическое прикрытие для своих атак. Они решили, что Израиль не рискнет широкомасштабной операцией в Газе ставить под удар мирный договор с Каиром. ХАМАС хотел создать новую реальность и позиционировать себя как передовой отряд антиизраильского сопротивления. Более того, они надеялись вбить клин между Израилем и США, полагая, что администрация Обамы удержит Израиль, если почувствует угрозу Кэмп-Дэвидским соглашениям.
Получается, что ХАМАС перехитрил самого себя. Они думали, что смогут завоевать большую поддержку со стороны Египта и даже международного сообщества. Пыль боя осядет, и мы выйдем из него в лучшей позиции.
В конечном счете, ХАМАС вышел на перемирие с ощутимыми потерями. Они потеряли связанного с Ираном ведущего командира. Их запасы иранских ракет дальнего радиуса значительно пострадали. США и их союзники, включая Египет, планируют плотно заняться перехватом будущих партий иранского оружия. И вдобавок, ХАМАС не только не удалось изменить правила игры с Израилем, но уменьшилась и ценность ХАМАС для Тегерана как сдерживающей силы на случай удара по иранским ядерным объектам.
В результате вместо того, чтобы перетянуть Египет на свою сторону, ХАМАС снова стал раздражителем для каирских властей. Утопичной выглядела идея, что если Мурси из братьев-мусульман, то лидеры в Газе могут заставить его служить своим интересам. На чем были основаны такие расчеты, сказать трудно. Возможно, что очень хотелось принять желаемое за действительное. В принципе не могло быть такого, что Газа может диктовать условия Египту. Все как раз наоборот, что и подтвердили переговоры о перемирии. К тому же Мурси – президент страны, а не глава идеологического движения. И он не может действовать по абстрактным идеологическим догмам вопреки реальным требованиям экономики и т.д.
Хамасовский гамбит закончился реализацией их самого страшного сна. Вместо того, чтобы с помощью иранского оружия расширить поле маневра, ХАМАС снова оказался в зависимости от Египта.
Кто реально выиграл от прошедшего конфликта, так это египетский президент.
Он действовал жестко, но прагматично. Не обещал того, что не мог или не собирался делать. Ему удалось показать всему мусульманскому миру, что он стоит на стороне палестинцев в прошедшем конфликте. Западу и Израилю понравился его прагматизм, отсутствие идеологической ангажированности и редкая для арабского мира способность действительно решать вопросы.
Все признают, что именно он сумел вынудить лидеров ХАМАС убавить амбиции и отказаться от требования полного снятия блокады с Газы. И, возможно, именно его намеки на готовность разорвать мирный договор с Израилем заставили Клинтон надавить аналогичным образом на Нетаньяху.
С внешнеполитической точки зрения Мурси, несомненно, выиграл, и весьма основательно. Лидерам ХАМАС было указано на их место и заодно определены границы, которые они не должны нарушать. Иначе позиция Египта изменится, и им не поздоровится, несмотря на возможную поддержку заливников, Турции и еще кого-нибудь. К тому же пунктами соглашения о контроле за поставками оружия Мурси серьезно привязал ХАМАС и существенно ограничил свободу действий. Теперь спонтанного начала обстрела Израиля, без согласования с Каиром, они просто не могут допустить, иначе последует закрытие границы.
Все это было чудесно, если бы не внутриполитические проблемы. Наверное и сам Мурси не ожидал такого размаха протестов против декрета о его неограниченной власти. Это говорит о том, что либеральный потенциал египетской весны далеко не исчерпан, и в стране есть серьезное сопротивление попыткам возрождения авторитаризма даже под исламскими лозунгами.
Но ХАМАС протесты на площади Тахрир особо радовать не должны. Возможный либеральный сдвиг Египта им ничего хорошего не несет. Навряд ли те, кто сейчас громит здания братьев-мусульман, испытывают какие-то особые или братские чувства к ХАМАС.
Дипломатические расклады после горячей фазы конфликта существенно изменились. Победителями оказались не те, кто непосредственно оказался втянутым в военную часть конфликта, а совсем другие. Хотя Израиль в определенной степени своих целей добился, хотя и не в той мере, на которую рассчитывал. И этот факт скажется на политической ситуации не только на Ближнем Востоке, но и во многих и даже весьма далеких регионах.

Дипломатические последствия конфликта на Ближнем Востоке
оценок - 2, баллов - 5.00 из 5
Рубрики: Мир

RSS-лента комментариев.

К сожалению комментарии уже закрыты.