 |
распечатать |  |
|
|||
Ровно в половине девятого вечера высокий, плотный, моложавый мужчина устало и неторопливо поднимался по лестницам пятиэтажного дома на последний этаж. Дойдя до третьего этажа, взгляд его упал на надпись на стене, сделанную хорошо знакомым почерком. Вечные, как мир, слова на стене вызвали на его губах светлую улыбку - на душе сразу стало как-то тепло и покойно. Мужчине было 68 лет, но выглядел он значительно моложе, - он был очень ухожен, красив и респектабелен. Его стройная высокая фигура, походка и красивый звучный голос невольно привлекали к себе внимание окружающих. Особенно притягивали глаза светлого янтарно-зеленого цвета на загорелом лице. Вся его крупная голова с курчавыми седыми волосами, смуглым лицом и светящимися миндалевидными глазами цвета янтаря производила неизгладимое впечатление.
Открыв дверь ключом, мужчина вошел в дом, включил свет в прихожей, разделся. В ванной он тщательно вымыл руки, причесался и критически оглядел себя. Войдя в комнату, бросил быстрый беспокойный взгляд на письменный стол, но, увидев на нем толстую тетрадь в черном переплете, успокоился. Вся квартира состояла из одной большой комнаты, где сбоку от стола, у окна, стояла кровать и во всю стену полки с книгами, и маленькой комнатки, сплошь заставленной полками с книгами. В квартире царили порядок и чистота, удивительные для холостого мужчины этого возраста. Он уже пять лет жил в этой квартире, у него было двое детей, у которых были свои семьи. С женой он давно был в разводе. Мужчина сел во вращающееся кресло и взял тетрадь в руки. Но, прежде чем раскрыть ее, он устремил свой взгляд в окно, и образ Женщины возник перед его глазами. Это теплое, нежное существо заполнило собой всю его жизнь и придало ей новый импульс и глубокий смысл. Она вторглась в его жизнь совершенно неожиданно, словно неизвестно откуда взявшийся смерч средь бела дня, и перевернула весь его годами устоявшийся уклад. Несколько лет назад они полюбили друг друга, сразу, с первого вздоха, с той исступленностью и жадностью, которая прорывается у людей, внутренне одиноких и истосковавшихся, исстрадавшихся и потерявших надежду на что-то светлое в жизни... Мужчина раскрыл тетрадь и погрузился в чтение: "...Ты не случайно оказался на моем жизненном пути. Ведь я давно уже не жила, я медленно угасала и умирала. Лишь одному тебе удалось разжечь еле тлеющие угольки моего сердца, совсем было потухшие... Ветер судьбы гнал меня, неприкаянную, печальную и одинокую, по улицам жизни, пока не пригнал к твоему порогу. Ты меня приютил, обогрел, приласкал и вдохнул в меня новую жизнь: твой дом стал моим домом, а твоя жизнь - моей. Переступив порог твоего дома, я открыла врата рая... Я живу, я дышу полной грудью, я люблю и горю огнем, я радуюсь жизни и всему прекрасному! Я готова прожить тысячу лет, я готова прожить тысячу жизней! Пока ты со мной, пока я могу видеть твои прекрасные, бездонные глаза - я бессмертна! Ты свет очей моих, ты смысл моей жизни, моя опора, мой свет, мой Богом данный свет...Я смотрю на твою фотографию: как много она говорит мне, как много я читаю в ней, в твоем лице, особенно в глазах, руках... Я читаю твою жизнь, я читаю твои мысли, чувства, я ощущаю твою боль, которая спряталась глубоко-глубоко в глазах, словно в зазеркалье. Я вижу слезы, которых нет на лице, но которые тихо льются из глаз. Взгляд проникает в самое сердце, он вызывает боль, грусть, он вызывает восхищение, любовь, огромную нежность, понимание, он заставляет задуматься... За твоими плечами я вижу тот долгий, нелегкий путь, который ты прошел, я вижу глубоко одинокого мужчину, который нуждается в любви и сострадании, как в воздухе. Я вижу нерастраченные чувства, тоску и нежность, я вижу силы, способные поднять и возродить тебя, я вижу силы, предназначенные только для меня. Твоя фотография говорит со мной о многом. Говорит даже то, чего не хочет и, возможно, не знает. Это книга, которую я читаю с любовью и болью... Это Мурад, который нуждался во мне. Его израненная душа была готова к единению с другой одинокой душой... Люблю тебя до слез, люблю до боли... Да, ты прав. Любовь - это действительно счастье, которое дарят друг другу двое! Какой долгий путь нужно пройти, чтобы прийти к таким словам! Даря любовь, сама наполняешься счастьем: чем больше отдаешь, тем больше остается, и тем больше хочется отдать. Ты - тот самый стержень, который держит меня, ты - та самая сила, которая заставляет жить даже тогда, когда это кажется невозможным. Ты даешь ощущение Космоса, представление о Вселенной, потому что сам послан мне небом и поднимаешь до небес, окрыляя и возвышая мою душу. Очень давно не ощущала подобной легкости и воздушности внутри себя, энергия переполняет меня, кажется, что идешь, едва касаясь земли, и готова взлететь. Иногда мое внутреннее состояние не поддается моему собственному анализу и объяснению. Я словно теряю разум и подсознательно, буквально в мгновение ока чувствую себя частицей Вселенной, чувствую себя... вечной (ведь миг - это тоже состояние вечности). А может, причина этого кроется во врожденном свойстве души человеческой, чья материя причастна к материи вечно движущихся светил? Не знаю. Но я словно восстала из пепла и вдыхаю полной грудью воздух Свободы и Обновления! Воистину, неисповедимы пути Господни! Настало и мое время собирать камни, в каждом из которых кусочек жизни. Все они продлевают мне жизнь, углубляют и обогащают ес смысл. Господи, как прекрасна жизнь и как прекрасно жить и ощущать себя частичкой мудрой Природы и пылинкой Мироздания!.." Мужчина оторвался от чтения, провел рукой по глазам и откинулся на спинку кресла. Противоречивые чувства и мысли теснились в его голове и опережали друг друга. То, что он испытывал сейчас, можно было сравнить со всепоглощающей страстью первой любви. Любовь женщины, ее бескорыстие и добрый нрав, ее неизменный огненный накал чувств захлестывали его. Он чувствовал себя молодым и счастливым и благодарил судьбу за этот подарок, которым дорожил больше жизни, и который так боялся потерять... Никогда и никого он не любил так сильно и так нежно, как ее. Каждый день и каждую ночь он молил Бога сохранить ее, просил дать ему немного жизни, чтобы насладиться неведомым доселе счастьем любви. Несмотря на разницу в возрасте в двадцать лет, порой он чувствовал себя неопытным юношей во время ее рассуждений, отличавшихся новизной, зрелостью и логикой. Ему нравились в ней мягкая утонченность, глубокий и сложный внутренний мир и вместе с тем какое-то по-детски чистое, тонкое, восторженное мировосприятие, которое не принимало никоим образом грубости, жестокости и меркантилизма окружающей жизни. Эта женщина олицетворяла собой такое разумное начало и духовную устойчивость, которые вносили в его неспокойную жизнь ощущение полноты жизненных сил, уравновешенности и гармонии. Он вновь склонился над тетрадью и продолжил чтение: "Весь мир в тебе и в этой комнате, вся красота и гармония мира сосредоточены в тебе и том безграничном пространстве, в котором ты обитаешь. Вся сладость и боль жизни - в тебе, вся написанная и ненаписанная музыка сердец - в тебе, весь смысл жизни, вся мудрость Природы и правильность Судьбы - в тебе! Без тебя нет мне жизни на этой земле! Я говорю эти слова со слезами на глазах и упоительным счастьем в душе, готовая умереть с твоим именем на устах! Ты говоришь, нельзя так любить. А как же иначе, и способны ли мы любить по-другому, как все, тускнея и растворяясь в бытовых мелочах и теряя себя в житейских неурядицах? И нужны ли нам такие отношения? Думаю, что нет. Слова бессильны выразить то, что живет и клокочет внутри. Люблю тебя, живу тобой, дышу тобой, боготворю тебя, ты - моя воля к жизни, мое вдохновение, мой неукротимый дух, ты свет моей души, ты - мое бессмертие, огонь моей крови, ты - красота моей жизни, ты - это все, ты - это навсегда, ты - это до конца, ты - это каждая прожитая секунда жизни, ты - это бесконечность!!! Я - это не я: я - это я и ты вместе взятые, одно целое, понимаешь? Думаю, судьба подарила мне тебя не только за пережитые мною страдания, но и за те, которые мне еще предстоит пережить. Я блуждала по жизни грустная и одинокая, как вдруг на меня обрушился огромный, ослепительно белый снежный ком и положил меня на обе лопатки. Я не успела и пикнуть: это был ты, Мурад. Ничто не остановит мое стремление видеть тебя, ничто не охладит мой пыл: ни расстояния, ни трудности преодоления препятствий, ни холод, ни общественное мнение, ни даже возможная собственная болезнь! Моя любовь свернет горы! Только ты властен надо мной, сердце мое, мое дыхание, мой воздух! Даже если я испишу десять таких тетрадей, признаваясь тебе в любви, все равно будет мало: внутри останется гораздо больше невысказанного. Ведь любовь - это родник, питающийся из недр и глубин самой природы, вода его живительна и кристально чиста. Только она, обнаженная и чистая, свободная и величественная, высокая и непонятная толпе, идеальная, неземная, отмеченная божественным светом, только она ведет меня, с ней я пойду и по краю пропасти, и на конец света, с нею мне все в радость и все любо! Я люблю тебя в будни и в праздники, люблю днем и ночью, люблю всего, люблю всякого, в любом настроении, когда ты трусишка и хвастунишка, люблю твое тело, твое дыхание, твой запах, твое тепло, голос, твой смех, твои вещи, твой дом, заполненный особым ароматом, пропитанным теплотой, одиночеством, любовью, верностью, болью, сомнениями, страхами, смехом - наполненным тобой, Мурад! Все, к чему ты прикасаешься после меня, говорит тебе "джан", потому что мои руки вложили в них частицу моей любви и теплоту моей души. Всему, к чему прикасаюсь я после тебя, я говорю "джан", потому что к ним прикасался ты и оставил в них частичку своего бытия... Это безумие - любить так! Если бы вещи могли говорить, они непременно рассказали бы тебе историю любви женщины, многие страницы которой останутся скрытыми от твоих глаз, поскольку рождаются слишком глубоко в сердце, в самой сути и предназначении Женщины... На всех вещах, стенах, мебели отпечатались мой любящий взгляд и теплота моих рук. Эти стены - немые свидетели моих слез, они слышат мой голос, смех, мое неизменное "джан" всему, к чему я прикасаюсь. В этих стенах моя душа неприкрыта и свободна... Спасибо тебе за тот свет, который освещает мне душу и греет сердце! Спасибо за тот свет, который освещает мне дорогу и облегчает путь. Спасибо за счастье, которое ты даришь мне так бескорыстно и великодушно! Даже если у меня останется секунда до смерти, и тогда я успею вымолвить, что я люблю тебя... Господи, как хочется жить! Поверь, многое в этой тетради стоит не только того, чтобы писать это каждый день, но и того, чтобы перечитывать его много-много раз"... ...Мужчина поднял голову и глянул в окно: окна в домах напротив погасли, лишь в нескольких из них горел свет. Он сидел, подперев голову руками. Всякий раз, когда он читал эту тетрадь, он уносился мыслями далеко-далеко, в свою бурную молодость, когда большинство его друзей были рядом, когда судьба заносила его слишком высоко, и он находился на самом пике известности и положения. Он вспоминал старый Баку с его традиционными фаэтонщиками, себя "зайцем" на трамвае по Советской, улицу Чадровую, на углу которой, на Мирза Фатали, он жил; он вспоминал те особые понятия чести и мужества, которые были присущи тому времени и отношениям между мужчинами, дуэли на улицах и сцены дикой ревности, которые он устраивал своим девчонкам. Бакинские дворы того времени жили особым духом братства, взаимовыручки и искренности, жизнь в них била фонтаном, разноязыкие люди жили, как одна большая семья, а улица воспитывала не только мошенников, но чаще и настоящих рыцарей. Бывая в городе и наблюдая за его бурной модернизацией, он пристально всматривался в лица прохожих, словно старался найти в них отголоски ушедшей молодости. Он испытывал сильнейшую ностальгию по старому Баку и коренным бакинцам, которых, увы, осталось так мало, что их можно было занести в Красную книгу. Они составляли особую общность людей, которая разительно отличалась от тех прохожих, заполнивших сейчас улицы города. Каждый переулок, проспект, даже деревья и уличные фонари высвечивали в его памяти какой-то далский эпизод или нюанс из столь дорогого сердцу прошлого, которое неотступно следовало за ним, и с которым он подчас сталкивался лицом к лицу. Знакомые места оживляли глубоко спрятанную в душе тоску, то возвращая забытые воспоминания, то пробуждая уснувшие. Будучи коренным бакинцем, он вобрал в себя все самое лучшее, что было присуще азербайджанскому мужчине. Это был тот тип мужчины, на которого непременно оборачивались; недаром, благодаря своим блестящим внешним данным, авторитету и широким личным связям, его не раз приглашали сниматься известные режиссеры. А сколько было в его жизни красивых женщин! Они вереницей проходили перед его мысленным взором, словно кадры кинофильма. Он всегда пользовался у них успехом и потому неплохо знал их. Однако хорошо развитый инстинкт самосохранения и гордость не давали его отношениям с ними вылиться в нечто глубокое и серьезное. Он избегал, боялся любви. Его независимый характер не терпел никакого проявления власти над собой, и именно это обстоятельство делало его чересчур уязвимым и болезненно чувствительным. Тоску и чувство одиночества, которые время от времени поднимались откуда-то изнутри, он глушил кипучей энергией, весь с головой уходя в работу, которая составляла весь смысл его существования. Несмотря на то, что с женой он прожил более двадцати лет, с ней у него не сложились отношения, поскольку один из них парил в небе, а другой полз по земле. Даже дети не сделали их роднее, и через двадцать лет они остались такими же чужими и далекими друг другу, как и до знакомства. Благодаря своим способностям и особому человеческому обаянию, он стремительно поднимался по служебной лестнице вверх. Но, как это обычно бывает с людьми чиновничье-бюрократического сословия, людей он воспринимал только через призму занимаемого ими общественного положения, а не личностных качеств, - он судил о них по их отношению к себе. Вместе с тем ему были присущи некоторое высокомерие и чувство собственной значимости. Прежняя его жизнь явно исчерпала свои внутренние возможности и не могла продолжаться на тех же началах. Жизнь, которой он жил сейчас, была совершенно иной. В ней сместились все акценты, она обрела глубокий жизненно важный смысл и звучание, новое дыхание и прилив свежих сил в крови. Ему, как никогда прежде, хотелось жить, быть здоровым и красивым, хотелось положить миры к ногам любимой. Он часто говорил ей, что его настоящая жизнь уместилась лишь в тех часах и минутах, когда он был с нею. Мужчина признавал свое поражение, и не было для него желаннее и сладостнее плена, чем плен неземной любви. Эта женщина, так непохожая на остальных, покорила его ежеминутной силой своей самоотверженной любви. В одном он был убежден бесповоротно: она была именно той и именно такой, которую он искал всю свою долгую сознательную жизнь. Владея им безраздельно и всецело, она при этом рабски подчинялась ему, признавая победу за ним. Это было неуловимо тонкое и мудрое создание, которое жило просто и естественно, повинуясь лишь своей Богом данной природе. Обостренная сила жизни во всем ее существе находила свое спасение и выход в радостном, добром и любовном отношении ко всему и всем. Они относились друг к другу с большой нежностью, стараясь предупредить малейшее желание другого. Оба стремились выдохнуть из себя всю теплоту крови и жар души, словно это был последний день их жизни, и они торопились успеть отдать друг другу все без остатка. Если была на Земле высшая гармония человеческих взаимоотношений, она жила в их сердцах! Если существовали на Земле высшее понимание и согласие между людьми, это составляло основу их отношений... "Я счастлива, что стала причастна не только ко всему, что, к счастью для меня, осталось нерастраченным в тебе, почти девственным и непорочным, но и к огромному жизненному потенциалу, сосредоточенному в тебе. Что может быть прекраснее ощущения праздничности в душе и жажды жизни, стремления постигать, любить, отдавать себя, гореть и гореть... Каждый час, проведенный вместе, дольше и значительнее тех лет, которые мы провели, плывя по течению и рассеивая себя в окружающих, нас не понимающих. Ведь осмысленность и наполненность каждой минуты продлевают ее гораздо больше. Знаешь, что я думаю о любви и жизни? Бог посылает большую любовь только тем, которые олицетворяют в себе и человеческое, и божественное. Только такие могут любить неземной любовью, потому что они высотой своего духа и величием души познали божественную суть... Человек делает себя счастливым сам силой и благородством своей души. Вот истина, вот мудрость жизни, ее красота и смысл! Очень тебя люблю, Мурад! Люблю не просто так, а из глубины веков, всей силой своих корней. Этот пожар должен был загореться именно сейчас, когда мы прошли немало дорог и знаем цену всему и себе. Мы не сгорим, а обретем бессмертие, мы познали оба мира, мы стали совершеннее и идеальнее, мы способны дарить счастье!.." Тетрадь выпала из рук мужчины. Благоговение, трепет, восторг и сознание собственного бессилия перед столь жизнеутверждающей силой любви Женщины овладели всем его существом. Взгляд его затуманился... строчки поплыли перед глазами... ...В ночной тиши небо услышало два слова, которые благоговейно исторгла его страждущая душа: - Спасибо, Господи... |