 |
распечатать |  |
|
|||
(Пословица)
День начался неудачно. Во-первых, Алим не обратил внимания на то, с какой ноги он встал, а, значит, встал он обязательно не с той; во-вторых, Фарах не поцеловала его утром, а только вскользь бросила "с добрым утром" и то так, как говорят при встрече с соседкой, от которой хотят побыстрее избавиться, в-третьих, в восемь должен был позвонить очередной клиент на кредит, а уже - почти девять. Да, неудачно. А удача сегодня так нужна! Этот Дадаш (чтоб ему сто лет икры не видеть!) грозит каким-то родственником из республиканской прокуратуры. Надо бы как-нибудь его успокоить. Да тут еще Гаджи оказался баджанагом крупного "авторитета". К тому же Гаджи в списке "кинутых" оказался под N13. Не верь тут в приметы! А начиналось все так хорошо! "Хозяин" как-то пригласил Алима в кабинет. - Слушай, Алим. Я долго к тебе приглядываюсь. Ты мне нравишься. Вроде парень неплохой, а живешь, как босяк. От одной бабы к другой бежишь, а за душой - ни гроша. Посмотри на себя: как ты одет! Жрешь не по-человечески: один день - тыкя кябаб, а другой - ни хрена. Пора бы тебя к делу пристроить. - Слушаю вас, Мирза муаллим. - Алим стоял по стойке "смирно", не смея даже пошевелиться. А душа пела! Вот он, Его Величество Шанс. Сам прокурор города обратил на него внимание! - Говорю, выглядишь по-джиндирски. Вещи на тебе не дешевые, а солидности - ни на копейку. "Хозяин" встал из-за стола, подошел к Алиму, по-отечески обнял его и усадил в кресло. Затем взял пачку "Мальборо" и зажигалку с "прокурорского" стола, протянул сигареты Алиму, и когда тот вытащил одну из пачки, собственноручно высек огонь и дал прикурить. Затем он уселся в другое кресло. Они сидели за журнальным столиком не как "хозяин с мальчиком на побегушках", а как равные. Так обычно прокурор сидел с теми из гостей, кого считал достойным своего внимания. - Ты знаешь мои возможности. Я - человек не маленький. Сам понимаешь, с моими связями можно такие дела проворачивать! Но, занимая серьезную должность в силовых структурах государства, я не могу позволить себе "светиться". Костюм, галстук и белая рубашка, надеюсь, у тебя найдутся, - шеф вдруг резко поменял тему. - Конечно, Мирза муаллим. - Сегодня вечером ничего не планируй. Ресторан "Айланджа" на Монтана знаешь? - Найду. - Вот и хорошо. Жди меня у входа в семь. Познакомлю тебя с моими мальчиками. Давай, иди домой и приводи себя в порядок. Ровно в семь часов Алим, одетый с иголочки, ждал шефа у ресторана. Конечно же, он пришел раньше, но выжидал до семи в нескольких десятках метров, наблюдая за входом. А еще минут через десять подкатил прокурорский черный "Мерс". Первым выскочил высокий худой мужчина и услужливо открыл заднюю дверцу автомобиля. Шеф неторопливо вышел, осмотрелся и, увидев Алима, направился к нему, необычно широко улыбаясь: - Ахшамыныз хейр, Алим муаллим! Очень рад, что вы приняли мое приглашение. - Ну как я мог вам отказать, Мирза муаллим! Ахшамыныз хейир, - подыграл Алим и увидел одобрение в глазах шефа. - Познакомьтесь, пожалуйста: это - Гасан. - Очень приятно, Алим муаллим, - худой до изнеможения Гасан подобострастно-долго тряс руку "высокому гостю". - Очень приятно! Пожатие было настолько долгим, что Алим успел посмеяться в душе над "мальчиком". Вспомнилась фраза Остапа Бендера: "Кто скажет, что это - девочка, пусть тот первым бросит в меня камень". Еще не высвободив руки, бросил взгляд на шефа, - тот откровенно смеялся. - Что ж, пусть "герцог забавляется", - зло подумал он, лишь бы был от этого прок. - Вездесущий! Гасан профессиональным движением открыл перед шефом дверь ресторана, эффектно пропустил его первым, затем жестом пригласил гостя и только потом вошел сам, аккуратно прикрыв дверь. Алим остро, до головокружения, почувствовал, что он сегодня - гость. На правах гостя. - "Персона грата", - подумал он, - что это: колесо Фортуны или злая шутка? А между тем шеф сам усадил Алима, сел рядом и дал указание Гасану встретить и усадить всех ожидаемых сотрапезников. - Чувствуешь, как надо жить? И ты так должен. Я вижу твои возможности. У тебя есть хватка. А теперь, когда ты нормально одет, тебя можно представить как серьезного, солидного человека. - Ахшамыныз хейр, Мирза муаллим, - к столу подошел худощавый, подтянутый мужчина средних лет. Шеф небрежно кивнул, даже не приподнявшись. Более того, левой рукой он сдавил колено Алима, дав тем самым понять ему, что вставать не обязательно, и тот, следуя примеру "хозяина", так же холодно кивнул. Далее все шло, как по сценарию. Глядя на шефа, новоиспеченный гранд одним просто кивал, другим подавал руку, чуть отрываясь от стула. Когда вся компания оказалась в сборе, Алим еще раз улыбнулся про себя: уж больно мальчики оказались своеобразными. Сорока- и пятидесятилетние мужчины, худые и полные, с усами и без, в коротких детсадовских штанишках на бретельках, они смотрелись бы весьма оригинально. Алим еще надеялся на то, что шеф объяснит ему: "ху ис ху", однако шеф и не думал помогать Алиму. Скорее всего, он хотел проверить способность Алима самому выпутываться из щекотливых ситуаций. Но развитие событий играло на руку "почетному гостю". Стол уже был окончательно накрыт. Сыры, колбасы, салаты и бутылки заполонили его. Как понял Алим, Гасан сегодня был на правах и устроителя, и тамады. Он сам открыл бутылку шампанского и налил шефу, после чего все потянулись за выпивкой и снедью. Когда все подготовились к возлиянию, Гасан встал с серьезным видом и голосом, которому позавидовал бы Левитан, сказал: - Господа! Так как все члены клуба имени моллы Насреддина и уважаемые гости в сборе, позвольте торжественное заседание, посвященное 149-летию со дня рождения Мешади-ибада считать открытым! Все захохотали. Гасан выдержал паузу и, убедившись в том, что шутка имела успех у шефа, продолжил: - Слово предоставляется нашему председателю Мирзе муаллиму. Шеф, не вставая, поднял бокал: - Молодец! Хорошо устроил. Сперва выпьем, закусим. А потом можно будет и о делах поговорить, - он чуть пригубил бокал, поставил его, медленно подцепил вилкой кружок сервелата и отправил его в рот. Веселье было в разгаре. Говорили о политике, травили анекдоты. Алим понемногу осваивался, но постоянно посматривал на шефа. Тот был абсолютно трезв и неусыпно следил за обстановкой. Он не был весел. Он упивался своим положением. И каждое "не так ли шеф" или "как говорит шеф" одобрял кивком головы или не одобрял долгим внимательным взглядом: "мы потом еще с тобой поговорим". - А теперь, мальчики, ненадолго прервем беседу про то, как чукча мягкий вагон искал, и, под грибочки, поговорим о делах. Сначала, я представлю вам нашего гостя. Знакомьтесь, Алим муаллим. Не как с собутыльником, товарищем по столу, а как с нашим новым деловым партнером. Алим муаллим - человек большого ума и больших возможностей. И со связями! Дай Бог, будем плодотворно сотрудничать. А вот как мы будем работать с ними, я объясню всем в соответствующей этому вопросу обстановке. Сейчас же пусть лучше Мамед расскажет нам, как обстоят у него дела с металлом. - А что я, Мирза муаллим? - полный, краснощекий, молодой, но уже начинающий лысеть, Мамед всплеснул руками. Выйдя из-за стола, он было направился к шефу, но тот тут же приказал ему остаться на месте. Не рискнув сесть, так и оставшись стоять у своего же стула, Мамед продолжал: - Что я могу сделать, Мирза муаллим, если иранцы не хотят платить. Они, видите ли, боятся предоплаты! Хоть это же железо им к горлу приставь! - Десять дней не можешь сам додуматься предложить им работать по аккредитиву? Тебя всему учить надо? - Так я же предлагал! А они говорят, что не могут разбивать сумму оплаты на два счета. А если они положат на один, то поставщик может надуть нас и не отдать нам нашу долю за посредничество. - Тогда я эту долю с тебя твоей же шкурой возьму. Правильно? - расхохотавшись, шеф посмотрел на "заседателей". Стол прыснул со смеху. Кто-то предложил Мамеду расплатиться костюмом, а другой, в тон первому, что ему останется только нижнее белье. Это вызвало очередную волну хохота. Шеф утихомирил шутников и вновь обратился к Мамеду: - Подпиши с поставщиком дополнение к договору об обязательном и немедленном перечислении нам нашей доли, как только заказчик положит деньги на аккредитив. - Еще до поставки? - Естественно. - А вдруг у них сорвется? - Сами будут виноваты. Сами пусть и расхлебывают. Если они серьезно намерены поставлять - согласятся. - А если нет? - Тогда на хрен мне такие поставщики! Тогда на хрен мне такой компаньон, который вместо настоящего поставщика гонит мне воздух, - он обвел всех таким испепеляющим взглядом, что все съежились и как-то поникли. Мамед, красный и мокрый, как свежесваренный рак, плюхнулся на стул, вытащил из кармана платок и приложил его к затылку. - А что у тебя с лесом, Рахман? - Стоит в Баку уже два дня. Но клиент брать не хочет. Говорит, не то качество. - Два дня стоит! Почему же раньше не предупредил? - Так они мне еще и не звонили! Хорошо, что я сам держал это дело на контроле. Заранее подмазал диспетчеров. Они и сообщили. - Молодец! Эти козлы не предупреждают нас специально: хотят наказать большим простоем. Еще посмотрим, кто кого накажет! Предоплата на лес была? - Да. Давно оплатили. Но теперь будут требовать возврат. Я их председателя хорошо знаю: демагог. Будет грозить арбитражем. - Ну, это уже - мое дело! Такой арбитраж ему устрою, что еще за простой заплатит, как миленький! И нам - моральную компенсацию. Дура лекс - сед лекс! Стол опять затрясся от смеха. - Берите пример с Гасана. Всучил клиенту просроченную минералку. Она уже вообще без газа. Так он ее как лечебную, слабо газированную. Небось, еще и за это шапку снял? - шеф, хохоча, обратился к Гасану. И опять хохот. И опять шутка. Мол, он ее как против СПИДа толкнул. - Ну что вы, шеф, - расплылся в улыбке довольный Гасан, - разве только транспортные расходы на них повесил. - Значит, пьют и лечатся. - опять расхохотался шеф. - Молодец! Сразу поняли, что против "законников" не попрешь. И стол сегодня организовал, как надо. Что сказать, работаешь толково. И клиентов выбираешь аккуратно: надо выбирать таких, чтобы за ними не стояли серьезные люди. Мы должны быть сильней. Ведь у сильного всегда бессильный виноват - классику надо знать в лицо! Опять смех. Алим только сейчас обнаружил, что смотрит на шефа в прямом смысле с открытым ртом. "Вот ты какой, - ужаснулся новый подельник, - да ты - действительно волк. Нет. Саблезубый тигр. Берегись, Алим муаллим! - и тут же пошутил про себя: - Ну, да ладно, не так страшен черт, как его малютки: живы будем - не помрем!" Ели много, пили мало, с оглядкой на хозяина. Но в целом вечер прошел весело. Прощались с хозяином, чуть ли не встав в очередь. Но руку пожать удостоен был только Гасан. Алим стоял по правую руку и с точностью повторял действия шефа. Перед тем, как сесть в машину, Мирза сказал Алиму: - Понял, как надо жить! Теперь ты перед ними - солидный человек. А что делать будешь - завтра поговорим. Алим решил не ехать на автобусе, а пройтись до дома пешком. Очень не хотелось расставаться с новым ощущением значимости. Хотелось помечтать о том, какая его ждет жизнь под крылышком такого крутого мужика, каким теперь видел его Алим... Шеф пришел поздно. Алим уже не надеялся на то, что тот вызовет его. Однако шеф вызвал. Опять усадил его в кресло, так же предложил сигарету. Секретарша расставила чашки с кофе, сахар, печенье, ломтики лимона в розетке. Шеф подошел к сейфу и вытащил пузатую бутылку импортного коньяка. - Камю, - заговорщически подмигнул Мирза Алиму, - скоро сам меня таким угощать будешь. В смысле, когда работа пойдет. Алим тактично молчал. Он с нетерпением ждал начала серьезного разговора, но понимал, что шефа подгонять нельзя. - Пусть считает меня выдержанным, - думал Алим, - раз позвал, значит, сам скажет, что ему нужно от меня. А шеф, словно испытывая терпение собеседника, говорил о коньяке, которым он в Гонконге запивал жареную саранчу, о вопиющей бедности в Пакистане. Говорил о том, что надо бы попросить его устроить кредит. Обещал сделать в следующем месяце. Но я на себя кредит взять не могу. Сегодня опять посидит с ребятами: Мамед провинился. Будет нас угощать. Скажу им, что кредитами занимаешься ты. Пусть они находят тебе клиентов, а я, со своей стороны, научу тебя обрабатывать их. Сначала будем брать залог, а после получения кредита - откат. А процент отката будет зависеть от величины и условий самого кредита. - Да какой клиент мне поверит! - Молодец! Соображаешь, - Мирза рассмеялся и щелкнул пальцами, - так, говорить с клиентами об условиях кредита будешь в моем кабинете. В моем присутствии! Улавливаешь? Обстановка располагает к доверию. Мне достаточно будет сказать, что я абсолютно доверяю такому солидному человеку, как ты. - Тогда, конечно. Только вы сначала меня проинструктируйте, что надо говорить... - И как надо говорить, - перебил Алима хозяин, - и что надо делать, и как себя надо вести. И во время беседы внимательно следить за мной. Понял? - Есть! Слушаюсь. - Тогда иди. И надень галстук. И вообще, чтоб я тебя больше без галстука не видел! Чтоб весь блестел, как отшлифованный! Всегда! Понял? - Понял. - Если понял, то в семь - там же. Как вчера. А сейчас позови секретаршу, а сам иди и готовься к новой роли. (Продолжение следует) |