 |
распечатать |  |
|
|||
(Продолжение. Начало см. "Зеркало" от 27 ноября, 5, 12, 19, 26, 31 декабря 2009 г. и 9 января 2010 г.)
О СОБЫТИЯХ В ДЖЕБРАИЛЕ И КАРЯГИНЕ Бой у Беюк Арыш На следующий день остатки армянской армии собрались в армянском селе Хырманджук, насчитывающем 250 дворов. Туда же стали подтягивать отовсюду дополнительную силу, доведя численность войска до двух тысяч пятисот человек. Они надеялись, что теперь смогут нанести поражение азербайджанцам и вернуться с победой. Село Хырманджук со всех сторон окружено труднопроходимыми горами, лишь с одной стороны была тропа, но и то настолько узкая, что по ней мог проехать только один всадник. Поэтому, чтобы захватить Хырманджук, нужно, по меньшей мере, десять тысяч человек и пару месяцев осады. Концентрируя свои силы в этом селе, армяне планировали напасть на расположенное поблизости азербайджанское село Арыш, разграбить и разрушить его, если же верх возьмут азербайджанцы - укрыться в Хырманджуке и занять там оборону. Но по большинству подходов к селу не смог бы проехать даже и один всадник. Разведка азербайджанцев выведала намерения армян и доложила обо всем командованию. Поэтому азербайджанцы призвали все свои резервные части из Шейхмали и других сел, собрали их у Арыша, чтобы дать сражение армянам. Сообщения о ходе битвы Зная о силе армянской армии, собранной под Хырманджуком, азербайджанское командование призвало своих солдат к мужеству и стойкости. Вдохновленные этими словами солдаты отвечали, что они готовы к бою и покажут, что в их жилах течет кровь героев. В это время дозорные доложили командованию, что за час до рассвета армянское войско выступило из Хырманджука. По приказу своих командиров азербайджанская армия заняла вокруг деревни выгодные позиции, так как им точно доносили, где находятся армяне в каждую минуту. Перед боем командующий азербайджанской армией вскочил на коня и произнес перед солдатами следующую речь: "Дети мои! Мне очень жаль, что отношения между азербайджанцами и армянами дошли до такой точки. Но сожаления не принесут пользы ни нам, ни армянам. Сейчас, сойдясь лицом к лицу, мы должны сразиться с ними. В такую минуту нам ничто не поможет, кроме патронов и кинжалов. Да! В мирное время надо жить в мире, а на войне проявлять храбрость и отвагу. Вы видите, сколько наших сел разграбили армяне, скольких наших девушек и женщин взяли в плен, каким невиданным оскорблениям подвергли они нас. Но никогда не стоит отчаиваться! Какими бы невыносимыми ни казались вам эти оскорбления, помните, что при Кербале лишь горстка сторонников Гусейна ибн Али Аллейхуссалама противостояла сотням тысяч солдат Езида (да будет проклято его имя). Однако жертвы, принесенные в Кербале - этом символе свободы и отваги, не закрыли глаза истине, они были принесены не для того, чтобы мы склонили головы перед детоубийцей Езидом! Да, лишь он, утратив веру, мог обречь на пленение правоверных. Но есть в глазах Пророка разница между нами и ними. Женщины, плененные при Кербале, были сестрами, женами, дочерьми Пророка, женами его внука Али ибн Абу Талыба, и потому воины Езида не посмели оскорбить их прикосновением. А вы знаете, братья, что будет, если наши жены достанутся армянам?! (При этих словах в рядах ополченцев раздался громкий плач.) В нашем деле важен вопрос обороны. И потому не допускайте, чтобы в ваших сердцах поселились страх и нерешительность. Недостойно и позорно предаваться страху, когда речь идет о родине. В ваших душах не должно быть места страху и трусости. Это противоречит понятиям человечности и ислама. Глаза, испугавшиеся кинжала, увидят смерть, дорогая нам родина - грабежи, брошенные на произвол судьбы сестры-женщины - плен и позор. Смерть одна, что в собственной постели, что на поле битвы. Она одна-единственная. И наша гибель на поле битвы станет одной из страниц истории народа и останется в памяти потомков. Наша кровь, которой мы окропим камни Хырманджука, никогда не сотрется. Она расскажет о нашей смерти во имя будущих поколений. Если мы откажемся от боя и будем зарезаны в постели у любимых наших жен, в теплых домах, потомки проклянут нас в веках. Предстоящее сражение не будет похожим на предыдущие. Не стойте, замерев на месте, и не показывайте врагу спину. Позор солдату, который спиной принимает удар врага. Но будьте милосердны, не поворачивайте оружие против безоружных стариков и детей! Не причиняйте страданий армянским детям, не оскорбляйте армянских женщин! Ибо в этом случае мы будем опозорены в глазах Пророка! - и зарядив свою винтовку, закончил словами: - Вперед же, братья! Враг подходит!" Приблизившиеся на расстояние выстрела армяне открыли огонь. Азербайджанцы ответным огнем из-за укрытий вынудили противника рассеяться по полю. Так как в начале боя армяне держались плотной группой, командование азербайджанцев приказало своей пехоте выйти из укрытий. Азербайджанские полки с обоих флангов атаковали противника. Поняв этот замысел, армяне разделились на три отряда и подвергли обстрелу азербайджанскую пехоту. Мусульмане усилили свою пехоту отрядом в четыреста человек. И тут армяне продемонстрировали свою полнейшую безграмотность в военном искусстве. Они решили атаковать кавалерией отряды стрелков, которые вели стрельбу, часто меняя позиции, из-за разных укрытий. Азербайджанцы яростным огнем по центру армянского войска нанесли врагу огромные потери. Поняв свою ошибку, армяне отозвали конницу и решили заменить ее пехотой. Но тут азербайджанцы, выйдя из укрытий и с криками "Йа, Али, йа, Али!", атаковали и захватили передовые позиции противника. Армянское войско пришло в полное расстройство, а командование азербайджанцев, дабы не упустить инициативу из рук, направило еще двести человек пехоты, чтобы перерезать армянам путь к отступлению. Заметив это, армяне бросились в паническое бегство, оставив в арьергарде двадцать-тридцать всадников, но и те на труднопроходимых участках пути бросили своих коней и обратились в бегство. Азербайджанская же пехота, хорошо изучившая дорогу, продолжала преследовать врага. Пока армяне преодолели горные переходы и собрались в селе, азербайджанские стрелки легко, словно газели, карабкаясь по горам, окружили Хырманджук. Лишенные возможности сконцентрировать силы и перестроиться, армяне, выйдя из укрытий, собрали в линию своих стрелков и в панике оставили село. Захватив село, азербайджанцы разграбили и сожгли его. Точное число убитых армян осталось неизвестным, но потери их были огромны. Когда село сгорело дотла и мусульмане с трофеями возвращались обратно, они наткнулись на подстерегавший их в засаде армянский отряд. Так как армяне находились в более выгодной позиции, в завязавшейся перестрелке погибли шестнадцать азербайджанцев. После этого боя три-четыре дня царило затишье. И тогда правительство словно очнулось. Через уездное начальство его превосходительству кади было дано распоряжение об объявлении перемирия. После того как аксакалы собрались и дали согласие на мир, уездный начальник пригласил армянскую сторону в село Гезлек для мирных переговоров. На следующее утро он в сопровождении азербайджанских аксакалов отправился в село Кердмахмуд, расположенное по соседству с азербайджанским селом Гезлек и в трех верстах от армянских поселений Гадрут и Хунбабат ювасы. Повинуясь в отсутствие командиров приказу аксакалов, азербайджанские солдаты находились дома. В эти же часы бывший пристав второго участка Гадрута Давыдов со стражниками своего участка и отрядом армян напали на село Арыш. Они подожгли село с одной стороны и исчезли. Через пару часов азербайджанцев приглашают к начальнику в село Сараджыг для мирных переговоров. Встретившись в Сараджыге, азербайджанцы и армяне договариваются о мире и разъезжаются. Бой у села Кышлаг Из армянского села Сурли сбежала лошадь, которая прибилась к табуну в азербайджанском селе Кышлаг. - Мусульмане крадут наш скот! - вскричали армяне, и отряд их добровольцев, совершив набег на Кышлаг, разграбил его. Опомнившиеся азербайджанцы пускаются в погоню. Так как армяне численно превосходили их, азербайджанцы укрылись в селе Сулейман и совместными усилиями атаковали армян, но из-за труднопроходимых дорог потерпели поражение, а армяне предали Кышлаг огню. Азербайджанцы понесли материальный урон примерно в семь-восемь тысяч рублей. Не желая влачить нищенское существование, утратившие свое имущество азербайджанцы нападают на армянское село Доланлар и вступают там в бой. Им на помощь приходят жители окрестных деревень, поэтому армяне терпят поражение и, потеряв убитыми десять человек, отступают. Но у азербайджанцев заканчиваются боеприпасы. И тогда предатели, оказавшиеся среди них, подсказывают армянам: - Если вы продержитесь еще хоть час, азербайджанцы сами побегут. Так, из-за недостатка патронов азербайджанцы были вынуждены отступить. Бой при Мазра На следующий день армяне атакуют село Мазра. Так как в этот период большинство жителей села перекочевали в горы, в селе оставались в качестве охраны всего девять дворов. После нескольких часов сопротивления шесть человек, защитников, погибли, а один старик попал в плен. Со стороны армян потери тоже составили шесть человек. Но тут на помощь мазраинцам подоспели азербайджанцы из других сел, и вновь завязался бой, который продолжался два дня. В это время у Татар Гасана из села Ахмедлы родился сын, и азербайджанцы оставляют село и уводят своих женщин. Армяне разграбили и сожгли село. Мазра была со всех сторон окружена армянскими селами. Его жители потерпели поражение потому, что не получили достаточной поддержки. Война в этом уезде началась в марте и продолжалась до второй шушинской трагедии. Последние известия Через пять дней после последней шушинской трагедии весть о столкновениях разнеслась повсюду. Народ, готовый идти на защиту города, стекался со всех сторон. Кроме того, пятьдесят конных шушинцев прибыли из Агдама и сконцентрировались в одном месте, чтобы совместно двигаться на город. Четыреста человек конных шли по молланасреддинской дороге на Шушу, но около села Хошандам были из-за заборов обстреляны армянами. Азербайджанцы, выхватив кинжалы, бросились в бой и гнали армян до села Авшар, где бой продолжался три часа. Армяне, не устояв, бежали из Авшара. Азербайджанцы планировали идти на помощь Шуше, но в это время между двумя азербайджанцами вспыхнула ссора, в результате чего один из них убил соперника. Расстроенные этим происшествием азербайджанцы решили разъехаться по домам. Так как события в Шуше уже подробно описаны, я не считаю нужным повторяться. Из последних писем После шушинских событий пастухи села Гарадаглы Джебраильско-Карягинского уезда вывели скот на пастбище. Напавшие на них армяне отбили скот. Узнавшие об этом жители Гарадаглы догнали похитителей и убили несколько человек. Оставшиеся бежали, бросив скот. Но среди погибших армян был один член "Дашнакцутюн". Армяне обратились к приставу Давыдову с требованием найти убийцу и передать его армянам. Меры, принятые приставом Давыдовым Пристав предложил армянам: "Я поеду в Гарадаглы и отвлеку жителей разговорами, а вы подкрадитесь и укройтесь в огородах. Я найду повод отправить его в вашу сторону, а вы убьете его". Прибыв в Гарадаглы, пристав умышленно послал к месту засады мальчика, но армяне смогли только ранить его. Бедняга смог кое-как добраться до села. Поняв, что их засада раскрыта, армяне пустились в бегство. На следующий день армяне вновь напали на Гарадаглы. Азербайджанцы, не устояв перед натиском превосходящего по численности противника, бежали из села. Было разграблено также село Юхары Гезлек, насчитывающее пятнадцать дворов. Итог событий Армяне, первыми начав боевые действия, разграбили села Вейсаллы и Диванали Джебраильско-Карягинского уезда. В ходе боев были разграблены и несколько армянских сел, в том числе Авшар, Дудукчи, Ахуллу, Агбулаг, Хырманджук, Доланлар, Хошандам. При этом армяне понесли большие человеческие потери. Так как азербайджанцы перекочевали на летние пастбища, армяне уничтожили два зимних пастбища. Главной причиной поражения армян в этом уезде была Шуша. Армяне, собрав все силы, намеревались уничтожить азербайджанцев. Но джебраильцы, проявив мужество, оказали противнику достойный отпор. Однако правительство не принимало никаких мер для предотвращения столкновений. У него были иные планы относительно Шуши. Голощапов для помощи армянам удерживал в Шуше правительственные войска, в то время как в уезде не нашлось ни одного правительственного чиновника, способного навести порядок. Продолжение следует |