 |
распечатать |  |
|
|||
После расторжения брака между Али Керимовым и Фатимой Гафаровой в 1997 году в общей собственности бывших супругов осталась двухкомнатная квартира площадью 56,8 кв.метров на восьмом этаже девятиэтажного дома, приобретенная в период брака. Однако при бракоразводном процессе имущественного и иного спора между сторонами не было, что нашло отражение в описательной части решения районного суда. Согласно закону, в таком случае доля экс-супругов в общей собственности считается равной, и без согласия сторон она не может быть отчуждена в какой-либо форме.
Тем не менее, бывший супруг не раз пытался продать квартиру. С целью предотвращения реализации Ф.Гафарова обратилась в Насиминский районный суд с просьбой наложить арест на квартиру. И 28 апреля 1999 года судья И.Исмайлов удовлетворил ее заявление. Забегая вперед, заметим, что в справке, выданной недавно Бакинским территориальным управлением Государственной службы реестра недвижимого имущества, говорится о снятии ареста с квартиры, однако выяснить, когда и на каком основании арест был снят, пока не удалось. Однако еще до наложения ареста, в марте 1999 года, А.Керимову удается продать всю квартиру некому Ахвердиеву, а тот, уже после наложения ареста, продал ее Шюкурову. Последний в 2000 году обратился в Сабаильский районный суд с иском о выселении Гафаровой из оспариваемой квартиры. Судья Ю.Керимов признал требование Шукюрова законным и постановил признать его права на приобретенную квартиру. Одновременно судья отказал во встречном иске Гафаровой о признании ее прав на половину квартиры и постановил взыскать с Керимова в пользу Гафаровой 6 млн. манатов (старыми деньгами), то есть половину стоимости квартиры - авт.) Рассмотревший жалобу Гафаровой Апелляционный суд отменил постановление Сабаильского районного суда и договоры о купле-продаже. 13 апреля 2001 года Коллегия судей в составе С.Гусейнова (председатель), А.Ахмедова и Г.Керимова (члены коллегии) признала право собственности Гафаровой на 1/2 квартиры. Здесь необходимо сделать существенное уточнение. Апелляционный суд не разделил общую собственность бывших супругов, а лишь определил их долю в ней, ибо раздел, а затем выделение из него доли одного из бывших супругов могло быть осуществлено только после предварительного определения доли каждой стороны в праве на общее имущество. Таково требование закона. Так как стороны не ставили требования о разделе совместной собственности и выделе своих частей, то суд ограничился констатацией равной доли экс-супругов в общем имуществе. Коллегия Верховного суда по гражданским делам в составе А.Шадиева (председатель), Б.Асадова и Ш.Мамедовой решение Апелляционного суда оставила без изменения. В 2006 году А.Керимов обратился в суд с требованием лишить Ф.Гафарову права собственности на долю в оспариваемой квартире, однако суды всех трех инстанций признали данное требование незаконным. В 2007 году А.Керимов вновь обратился в суд. На этот раз он просил Сабаильский районный суд принять решение о продаже находящейся в его и бывшей супруги долевой собственности квартиры на аукционе и разделе поровну вырученных денег между сторонами. Суд удовлетворил иск Керимова, однако Бакинский Апелляционный суд не согласился с постановлением суда первой инстанции. Коллегия по гражданским делам в составе А.Искендерова (председатель и докладчик), И.Велиева и Х.Халилова пояснила, что в данном случае раздел имущества, которое находится в долевой собственности бывших супругов, и выдел из него доли должны быть осуществлены, согласно статье 220 Гражданского кодекса, которым устанавливается последовательность действий. При этом существенным моментом является возможность выдела доли в натуре. Что это означает? Доля (в нашем случае - одна комната в двухкомнатной квартире) участника долевой собственности (в нашем случае - один из экс-супругов) должна быть таким образом выделена из общей долевой собственности (в нашем случае - из двухкомнатной квартиры с вспомогательными участками: кухня, прихожая и т.д.), чтобы после необходимых перестроек каждая часть разделенного имущества могла бы выступать как отдельное жилое помещение, как самостоятельный объект недвижимости. Такой раздел возможен для участка земли и частного дома, допустим, при наличии технических воможностей и в многокомнатной квартире, когда каждая сторона после раздела общего имущества получает изолированное помещение с отдельным входом, с раздельными линиями коммунальных услуг (свет, газ, вода) и установленными отдельными счетчиками для измерения объема потребления этих услуг. Однако в двухкомнатной квартире на восьмом этаже произвести такой раздел невозможно. Таким образом, Бакинский Апелляционный суд, отменив решение районного суда, правильно оценил ситуацию и вынес законное решение. Судебная коллегия ВС по гражданским делам в составе Н.Расулбековой (председатель и докладчик), Г.Худавердиевой и А.Рустамова оставила решение Апелляционного суда в силе. Суд отметил, что предусмотренные в статьях 220.3-220.5 возможности раздела долевого имущества не исчерпаны, и по этой причине продажа оспариваемой квартиры с аукциона (статья 220.6) недопустима. Указанные статьи предоставляют участнику долевой собственности права получения от других участников долевой собственности компенсации стоимости своей доли в случае недопустимости его выдела в натуре (220.3), денежной и иной компенсации при несоразмерности имущества, выделяемого в натуре участнику долевой собственности (220.4), а также устанавливают, что собственник теряет права на долю с получением компенсации (220.5). Возможно, многие вопросы были бы сняты сами собой, будь в законодательстве норма, которая определяла бы, что доля участника долевой собственности в общей долевой собственности, не выделенная в натуре, не может быть каким-либо образом отчуждена. С этим мнением соглашались многие юристы, с которыми автор этих строк консультировался при подготовке материала. В прошлом году начался еще один процесс по делу о квартире. На этот раз А.Керимов "продал" (почему слово заключено в кавычки, станет ясно позже - авт.) свою долю в долевой собственности. Выше подробно мы отметили, что доля сторон не может быть САМОСТОЯТЕЛЬНЫМ объектом недвижимости и, соответственно, ПРЕДМЕТОМ купли-продажи. Тем не менее, 14 июня 2008 года в 6-й нотариальной конторе Хатаинского района "купля-продажа" между А.Керимовым и неким И.Мамедовым совершилась. Через год, 16 июня 2009 года, Насиминский районный суд (судья Э.Гумбатов) удовлетворил просьбу И.Мамедова и вынес решение о его вселении в квартиру, где проживает Ф.Гафарова с матерью. 3 ноября 2009 года Коллегии судей Бакинского Апелляционного суда по гражданским делам (судьи У.Маилов, И.Халафов и Г.Ахмедов) хватило одного заседания и 30 минут для оставления в силе постановления Насиминского районного суда. Защищающий интересы Ф.Гафаровой адвокат подал кассационную жалобу. А в Наримановском районном суде идет процесс по признанию недействительным акта "купли-продажи" доли А.Керимова, выписки из Государственного реестра недвижимого имущества о праве собственности И.Мамедова на "приобретенную" долю. Сделка по "купле-продаже" и постановления Насиминского районного суда и Апелляционного судов вызывают немало вопросов. Согласно договору, И.Мамедов "купил" комнату 15,98 кв. м в двухкомнатной квартире, в одной из комнат которой проживают чужие ему люди, за ... 75 тысяч манатов?! Да, за 75 тысяч манатов?! Понять логику "покупателя" трудно, если учесть, что за такие деньги в том же районе можно купить двухкомнатную изолированную квартиру. При этом И.Мамедов "купил" квартиру "закрытыми глазами", то есть ни разу не побывав в ней, не осмотрев ее. Цена, равно как и некоторые иные моменты, вызвала сомнения в проведении действительной купли-продажи. Сомнения укрепили действия нотариуса А.Иманова. Наримановский районный суд направил соответствующий запрос в 6-ю нотариальную контору. Но оттуда поступила только часть документов. А вызов в суд в конторе проигнорировали, прислав сообщение, что не против рассмотрения дела без их участия. Однако объективное рассмотрение дела невозможно без изучения документов по "купле-продаже" между А.Керимовым и И.Мамедовым. Немало вопросов вызывают и документы, выданные бывшим БТИ и нынешней Госслужбой реестра. Автор этой статьи попытался провести собственное расследование подлинности Регистрационных выписок ("купчих"), имеющих отношение к делу. 17 ноября 2009 года редакция направила информационный запрос в Государственную службу реестра недвижимого имущества с просьбой разъяснить порядок регистрации прав собственности в ситуации, когда каждому участнику долевой собственности принадлежит половина доли в долевой собственности, когда нет реального раздела собственности и не установлены "границы" долей (нет выдела в натуре). Недавно мой знакомый занимался приватизацией дачного участка. Он обратился с заявлением в упомянутую структуру, точнее в ее Бакинское управление. Инженер из этого ведомства объяснил: пока дача не будет обнесена каменным забором, в крайнем случае - оградой из проволоки, никакой речи о подтверждении права пользования дачей не получить. Поэтому возник резонный вопрос: для получения свидетельства собственности на дачу, на которую никто не претендует, которая не является предметом спора служба требует от гражданина четкого обозначения пределов участка, а в случае со спорной квартирой - нет? Почему? Ответ нас обескуражил. В письме за подписью заместителя начальника службы Х.Гараева нам сообщили, что "согласно законодательству, регистрация права на собственность может быть оспорена в суде"?! Мы подумали, что нас не так поняли в службе, ибо у нас нет никаких претензий к кому-то, и направили второй запрос, конкретизировав вопросы. Дело в том, что БТИ - предшественник службы, под разной серией и номером, но под одним и тем же номером книги, страницы, регистрации, выдал два разных свидетельства регистрации, причем подпись руководителя в одном из них подделана. И по поддельному документу произведена купля-продажи доли А.Керимова в 6-й нотариальной конторе!!! Мы просили руководство службы разъяснить, на основании каких документов были выданы свидетельства регистрации, насколько эти основания законны. Ответ из службы был следующим: мы уже сообщали вам, как решаются проблемы. Там, видимо, решили "прикрыть грехи" своих предшественников. Как после этого не сомневаться в чиновниках, не "награждать" их эпитетами, которые им не по душе?! Не поддается и логика судей Насиминского и Апелляционного судов, рассматривавших иск о вселении И.Мамедова в "приобретенную" комнату. Есть ясное и четкое, вступившее в силу решение Верховного суда по разделу собственности между А.Керимовым и Ф.Гафаровой, в котором расписана процедура. Во-первых, суд первой инстанции не должен был принять к рассмотрению. Ну принял - откуда знать судье о решении ВС? Но предоставили суду это самое решение. Тогда он должен был прекратить дело. В беседе с автором этих строк Ф.Гафарова не исключила, что на чиновников и судей оказывают давление бывшие сотрудники правоохранительных органов, с которыми вел дела бывший супруг. "Они пытаются выжить меня из квартиры, а затем продать ее для того, чтобы залатать бреши в своем незаконном бизнесе", - считает она. На этой неделе Ф.Гафарова обратилась в ВС с кассационной жалобой, в которой просит отменить решение Апелляционного суда и вынести частное определение в отношении лиц, допустивших нарушения и фальсификацию документов. Во всей этой неприглядной истории, кроме правового аспекта, существует и ментально-этический. Госслужба выдает документ, нотариус совершает сделку, суд выносит решение, на основе которых в одну из комнат двухкомнатной квартиры, где живет женщина с матерью, вселяется посторонний мужчина. При этом действия совершаются в обход закона. Ради чего? По-азербайджански ли это? Соответствует ли Кодексу чести азербайджанского мужчины? Или определенная категория мужчин перестала чувствовать себя таковыми? |
