 |
распечатать |  |
|
|||
(Продолжение. Начало см. "Зеркало" от 27 ноября, 5, 12 и 19 декабря 2009 г.)
ИРЕВАНСКИЕ СОБЫТИЯ События 1 июня 1905 года. Первого июня шейх уль-ислам и епископ почтили своим посещением бульвар, где выступили перед народом с призывами к миру. Наступило временное перемирие, люди снова стали посещать рынок, оживилась торговля. В город привезли несколько садовников, оставшихся в загородных садах. Но затем лавки снова закрылись, и всякое оживление прекратилось. В напоминающем тонущий корабль городе воцарился страх. В азербайджанских кварталах было разграблено несколько армянских амбаров, армяне же, в свою очередь, разгромили несколько азербайджанских домов, унесли оттуда все имущество. И вот после подобного перемирия в Иреване "Дашнакцутюн" дал приказ атаковать азербайджанские села. Последние известия. Для организации противостояния в Иреванском уезде армяне назначили командиров дивизий, которые со своими подразделениями передвигались в места своих дислокаций. В эти дни иреванские азербайджанцы продолжали жить в страхе и ожидании новых боев. Обе стороны обменивались одиночными выстрелами. По полученным из Иревана сообщениям, армяне, более опытные в военном деле, смогли в ряде пунктов ввести азербайджанцев в заблуждение. Так, они отвлекали этими выстрелами мусульман, готовя атаку. Это проверенный военный прием - готовя наступление в одном месте, армия отвлекает внимание противника ложной перестрелкой на другом участке. Поэтому азербайджанцы не могли прийти к определенному решению и думали лишь о сохранении собственных жизней. В то же время в силу превратностей судьбы большой вред азербайджанцам наносило то, что они никак не могли между собой договориться. Иреванские начальники и аристократы разделили народ на партии, и каждый стремился стать лидером, что не способствовало мобилизации азербайджанцев на единые действия. Именно поэтому в своем выступлении шейх уль-ислам, обращаясь к руководителям, с презрением сказал: "Люди! Мы приехали в этот город, чтобы примирить два враждующих народа, а не разных аристократов и партийных деятелей! Позор иреванской знати, позор!" На этом собрании, когда выбирали депутацию к губернатору и людей, способных решать прочие важные для народа проблемы, каждый был озабочен тем, чтобы выдвинуть в лидеры руководителя из своего рода, людей, ни на что не способных. Все это было следствием желания явить себя самым умным, самым главным. Мысли о защите интересов своей родины и народа, смута, зерна вражды, которые аристократы сеяли в народе, наконец, истощили терпение людей умных и прозорливых. В эти же дни в Иреван пришло сообщение, что армяне нападают на азербайджанцев по всему уезду и уничтожают их. Это известие привело людей в еще большую растерянность, вселило в них боль и безнадежность. Пребывая в состоянии войны, окруженные превосходящими числом и вооружением армянскими деревнями, люди почувствовали себя брошенными и одинокими. Если до сих пор в Иреван можно было попасть с южной части, то теперь из-за усилившегося противостояния в этом направлении и этот путь оказался закрытым. Таким образом, многострадальные азербайджанские села оказались отрезанными и предоставленными сами себе. Это прежде всего касалось окруженной десятками тысяч вооруженных, опытных в военном деле армянами горстки азербайджанских сел, необразованные жители которых вообще никогда не воевали. Армяне редкими выстрелами держали в страхе их дома. Азербайджанцы же от мала до велика отчетливо осознавали, что их гибель близка. Они готовились к смерти как к чему-то неизбежному и пытались спастись от "этого несчастья" пожертвованиями. Люди состоятельные старались как можно скорее уехать куда-нибудь в безопасное место. Эти подлецы ставили свои жизни и имущество превыше родины. "Лишь бы нам спасти детей и жен от этого кошмара. А бедные пусть себе остаются в руках врага", - рассуждали они, не стыдясь при этом считать себя людьми и азербайджанцами. Да! Пока в Иреване шло противоборство между разного рода начальниками, по всему уезду лились реки крови. Отрезанные головы невинных азербайджанцев, макая в лужи крови, перебрасывали с холма на холм. В то время как в Иреване сжигали Коран, люди, считающие себя мусульманами, грызлись в мелких межпартийных интригах. В уезде горели мусульманские святыни, а в Иреване люди, оставшиеся не у дел и не видящие никакой помощи, собирались у трибун, ища там покой для своего сердца. Одним словом, Иреванский уезд превратился в пылающий вулкан, сжигающий и удушающий благородных азербайджанцев. Восточнее Иревана есть Гырхбулагский округ, население которого состоит на три четверти из армян и на четверть - из азербайджанцев. Первого июля в насчитывающем всего 20 дворов азербайджанском селе Гезечик этого округа разразилась трагедия, начавшаяся штурмом из соседнего армянского села Тиржабат. Трагические события в Гезечике. Ближе к вечеру 31 июня 1905 года армяне окружили село и подвергли его жестокому обстрелу. Безоружные азербайджанцы, не имея возможности оказать сопротивление, целыми семьями бросились в расположенное в полуверсте азербайджанское село Манкус. Армяне намерены были преследовать их. Староста села Гуммет бек Гусейнзаде переехал в город, и старшим в Гезечике оставался пятидесятилетний Новруз Кязым оглу. Видя, что азербайджанцы бегут от армян, он закричал: - Глупцы, куда вы бежите? Вы хотите своим бегством опозорить нас перед всеми мусульманами Кавказа? Разве бегством вы спасетесь от армян?! Нет! Нет! Видя, что мы убегаем, они воодушевятся и совершат над нами и нашими семьями невиданные в веках унижения. Разве это не те же самые армяне, которые всего год назад готовы были бежать из Гырхбулага, стоило мне шевельнуть мизинцем. Что же сейчас стряслось с вами, почему, подобно беспомощным женщинам, вы как стадо баранов бежите от них? Бегите, если хотите! Я один встречу армянские роты, буду сопротивляться и погибну. Мусульмане! Каждый обязан погибнуть достойно своему имени и чести! Согласно шариату Пророка Магомета, нашим национальным и религиозным традициям, требованиям и повелению Аллаха, умереть, спасаясь бегством от врага, - смерть недостойная. Знайте, после того как кости наших предков выроют из могил и сожгут, на месте их они создадут Армению. И чтобы не быть проклятым на том свете, я останусь здесь и погибну, оказав сопротивление. Так говорил достойный человек, патриот Новруз Кязым оглу, но никто не стал его слушать, все бежали. Дальнейшее записано со слов одного армянина. Очень скоро поняв, что Новруз киши один, армяне окружили его. Родные вернулись, чтобы помочь старику, но слишком много было врагов, и спасти героя не удалось. Новруз Кязым оглу, запершись в доме, убил из двустволки одного из наступающих армян, вынудив остальных отступить. При повторной атаке армян Новруз киши убил еще одного нападавшего, вновь заставив остальных отступить. У него закончились патроны. Когда он поспешно заряжал ружье дробью, армяне предприняли новую атаку, подожгли дверь его дома и захватили его в плен. Предав огню все дома, мечеть, священные книги, они отвели связанного Новруза киши в Тиржабат, где подвергли страшным мучениям и пыткам. По свидетельству очевидца, сельский священник Айрапет собственноручно обезглавил Новруза киши, потому что один из убитых армян являлся сыном этого служителя церкви. Голову Новруза Кязым оглу с запиской: "Это голова полководца полутора тысяч азербайджанских солдат" послали сначала в Александрополь, а затем - в Баку. Известия от 2 июня. Второго июня армяне атаковали село Манкус, где укрылись азербайджанцы. На этот раз силы армян составляли около десяти тысяч человек. Пять тысяч винтовок постоянно держали село под обстрелом. Безоружные по большей части азербайджанцы старались при первой же возможности спасти свои семьи. Село опустело, остался только восьмидесятилетний инвалид, который, по свидетельствам, был заколот шомполом для тендира. В это время трое вооруженных винтовками азербайджанцев укрылись на вершине горы на северо-востоке села, откуда стали обстреливать армян, насилующих убегающих женщин. Им удалось убить двух армян, таким образом, другие женщины и дети были спасены и укрылись в Тазакенде, находящемся в 15 фарсахах. В этом селе собрались жители всех двенадцати разрушенных азербайджанских сел. События 3 июля 1905 года. В этот день армяне напали на стоящее в стороне азербайджанское село Гюллюдже, насчитывающее сто пятьдесят дворов. Начало сражения. На рассвете 3 июня около десяти тысяч армянских боевиков из четырнадцати расположенных к северу от Гюллюдже сел, в каждом из которых было по четыреста дворов, собрались в укрытом за высокой горой селе Башкени (500 дворов) и, окружив Гюллюдже, подвергли его жестокому обстрелу. Целью армян было либо подчинить себе азербайджанцев, либо же, уничтожив их, добиться независимости, о которой они давно мечтали. Поэтому все население с оружием в руках поднялось против азербайджанцев. Безоружное население Гюллюдже бежало, бросив село армянам. Остались лишь известные своим достатком Мешади Ганбар, Махмуд, Гаджи Гусейн и еще пятнадцать человек, которые, с оружием в руках защищая свое добро, убили восьмерых армян. Наконец, противнику удалось убить Махмуда, нанести восемь смертельных огнестрельных ран брошенной беззащитной женщине. Остальные жители села укрылись в деревнях Тутъя, Дамагирмез, Кямал, расположенных в полутора верстах. Последним выехал на коне Мир Сулейман Сеид Мустафа оглу. Армянам удалось убить под ним коня, тем не менее, он спасся, убив нападавшего армянина. События 4 июня. В этот день жители села Кямал, понимая, что их село под угрозой нападения, не стали ждать прихода армян и ушли с семьями на юг в расположенное в долине село Дамагирмез. Жители Дамагирмез вместе с кямалцами собрались и направились за двадцать верст в упомянутое выше село Тазакенд. Здесь они в страшной нужде прожили восемнадцать дней, до тех пор, пока в Иреване не было объявлено очередное перемирие, направлены войска для восстановления порядка и воцарился мир. В Гюллюдже была расквартирована рота солдат, и лишь после этого азербайджанцы смогли вернуться в свои дома. Продолжение следует |