Независимому государству очень нужны были высококвалифицированные специалисты. И вот парламент АДР в 1919 году принимает решение об отправке в ведущие вузы Европы 100 молодых людей за государственный счет. Каждому направляемому в Европу ученику было решено выделять 400 франков в месяц и 1000 - на дорогу. Для отбора учеников была организована авторитетная конкурсная комиссия под председательством М.Э.Расулзаде. Как только Зейнал Абдин услышал о представлявшейся возможности, он решил продолжить образование за рубежом, но уже по любимым специальностям.

Согласно сохранившемуся в Госархиве собственноручному заявлению учащегося 5 семестра Московского коммерческого института Зейнал Абдин Алиева, проживающего в Баку, ул.Персидская 30, Министру народного образования от 16.08.1919, он, представляя необходимые документы, просил создать возможность завершить высшее образование за государственный счет и направить его в Политико-экономическую Академию наук во Франкфурте-на-Майне, так как он уже сдавал экзамены по политико-экономическим дисциплинам в Московском коммерческом институте и знает немецкий язык, либо просил направить его в Италию для получения архитектурно-скульптурного образования в Тоскане или в Риме, о чем Зейнал мечтал с детства.

В результате тщательного конкурсного отбора 49 человек были отправлены в ведущие вузы Германии, 27 - во Францию, 4 - в Италию, 6 человек - в Турцию и 1 - в Англию. Остальные 13 человек должны были быть отправлены в Россию, но из-за бушевавшей там гражданской войны - в Россию никого не удалось отправить.

Среди избранных для учебы в Италии студентов был и Зейнал Абдин бек Гаджи Ага бек оглу Алиев, которого согласно его просьбе отправили в г. Перуджа для "завершения образования за государственный счет", как отмечено в удостоверении, выданном ему в Министерстве образования 13.01.1920 года.

Репрессированные двоюродные братья Зейнал Абдина Алиева - Искендер Алиев (слева) и Джафар Кязимов. Москва, 1 июля 1917 г.

Кстати, г. Перуджа по праву является одним из очагов распространения итальянской культуры во всем мире. Здесь скульпторами Николой и Джованни Пизано в 1227 году сооружен Главный фонтан - истинный шедевр искусства XIII века, украшенный скульптурами 3 божеств добродетели - Веры, Надежды и Милосердия, а также скульптурами знаков Зодиака, символов 12 месяцев года и 24 статуями библейских персонажей. Здесь же - в Национальной галерее Умбрии - самая значительная коллекция произведений художников и скульпторов умбрийской школы XIII-XVIII веков, где учился живописи у своего учителя Перуджино и работал великий Рафаэль.

Отправляемых за границу учащихся 14 января 1920 года торжественно провожал весь город. Манаф Сулейманов пишет, что пришло много народу, деятели науки и культуры, поэты, литераторы, представители парламента и правительства, произносились торжественные речи, напутствия. Гурбан Примов играл на таре, Саша Оганозашвили - на кяманче, а пел Джаббар Карягды. Было всеобщее ликование, но у родных и близких чувствовалась озабоченность отправкой своих детей за тридевять земель. Под звуки музыки поезд медленно двинулся, отъезжающие и остающиеся их близкие прослезились...

Однако после апрельского захвата власти большевиками в Баку сложилось тяжелое положение, студентам месяцами не высылали деньги на учебу. Несмотря на личную инициативу Н.Нариманова и принимаемые решения, неоднократные обращения студентов, финансовая помощь им не оказывалась, а после перевода Н.Нариманова в Москву в 1927 году, отношение к обучающимся за рубежом в корне изменилось. В результате среди учащихся, не сумевших оплатить обучение, были не только нуждающиеся в куске хлеба и вынужденные браться за любую работу в тяжелых условиях, но и попавшие в тюрьмы, и не найдя выхода, покончившие с собой. А те из них, кто с большими трудностями все же окончили обучение и стали высококлассными специалистами встали перед дилеммой - возвращаться или нет. Не принявшие большевистские порядки и не вернувшиеся стали по советским законам "врагами народа", а подавляющее большинство вернувшихся позже либо были сосланы в Сибирь и на Колыму, либо были расстреляны, как молодой поэт Али Юсиф.

Зейнал Абдин не вернулся на родину, и, как я уже отмечал, о его судьбе даже его семье ничего не было известно, а из-за всеобщего страха, царившего в те годы, боялись даже в семье произносить его имя.

Двоюродный брат Зейнал Абдина и моей матери - Джафар Кязимов, 1897 года рождения, также поступивший в Московский коммерческий институт и одно время проживавший с Зейналом в одной комнате, писал дяде 24 августа 1916 года: "... в институт поступил по конкурсу аттестатов не ниже 4-х. Пока живу с Зейналом по адресу: 2-я Мещанская ул., д. 20, кв.23. По окончании института, если сдать 4 экзамена, еще получим диплом юридического образования".

Джафар, как и Зейнал, не завершивший образования в Москве и после провозглашения независимости Азербайджана вернувшийся в Баку, также был отобран в числе 100 студентов и направлен для продолжения учебы в Германию, во Фрайбургскую горную Академию, окончив которую в 1925 году и получив профессию горного инженера-геолога, в отличие от Зейнала, возвратился в Азербайджан. Вначале работал на Сураханских нефтепромыслах, в 1927-30-х годах преподавал бурение, горное дело, минералогию, петрографию в Индустриальном техникуме им. Н.Нариманова и был зам.директора. Позже работал в Госплане республики, а в 1933-38 годах - вице-президентом АзФАН СССР. В 1938 году был репрессирован и отбывал наказание в лагерях Коми. Будучи заключенным в 1945-48-х годах, как старший техник-геолог был привлечен к геологическим экспедициям в Ненецком автономном округе, и на побережье Баренцева моря стал первым открывателем крупнейших урановых месторождений Советского Союза. И только в 1956 году после реабилитации парализованным вернулся в Баку и через некоторое время скончался (АХСЕ, т.2, Баку, 2005, с.78).

Другой их двоюродный брат и мой родной дядя - Алиев Искендер, 1899 года рождения, также после реального училища поступил и окончил экономическое отделение МГУ им. М.Ломоносова, а также экономические курсы Института Красной профессуры, вернулся в Баку, сначала работал на нефтяных промыслах, позже как видный экономист занимал ряд важных государственных постов, был председателем АзЦСУ, наркомом ряда Наркоматов, председателем Госплана республики, членом АзЦИК, а позже ВЦИК СССР. С 1931 года работал в наркоматах в Москве, преподавал в МГУ и других вузах Москвы. Но разгул репрессий 1937 года не пощадил и его. По наговору армян, арест Искендера в апреле 1937 года санкционировал Наркомвнудел СССР Ежов. Сначала его пытали в Москве, потом в Баку, и после 8 месяцев следственных истязаний 2.01.1938 года в возрасте 38 лет его расстреляли вместе с другими видными участниками сфабрикованного дела N12493. Об участниках этого знаменитого дела в ряде статей писал академик Зия Буниятов, по инициативе которого имя Искендера Алиева также было возвращено из забвения своему народу (см. газ. "Бак.рабочий". 13.08.1991). В 1956 году и его посмертно реабилитировали.

Вот и не скажешь кому из этих талантливых молодых азербайджанцев - трех братьев - повезло больше? Также не скажешь кому было легче - сотням и тысячам их соотечественников, репрессированным на родине в годы большевистского правления или обреченным на тяжелые условия эмиграции, где высококлассные специалисты, каким бы тяжелым трудом ни занимались, всю свою жизнь посвящали непримиримой борьбе за восстановление независимости родного Азербайджана.

Многие из них, как и Зейнал Абдин, поддерживали связь с видным лидером азербайджанской эмиграции Джейхун беком Гаджибейли - братом Узеир бека, жившим в Париже. В большом архиве Джейхун бека, привезенным из Парижа на

Скульптура З.Алиева. Бетховен. (уточнение)

родину Рамизом Абуталыбовым, нашлись три письма, адресованные ему Зейнал Абдином. В письме 1922 г. Зейнал Абдин сообщал, что продолжает обучение в Перудже в Академии di Bella Arti и выражает глубокую признательность Джейхун беку за оказанную ему материальную помощь. Также он сообщал о своих выставках произведений скульптуры, открытых в Италии.

В следующих письмах подтверждается факт успешного завершения обучения в Академии искусств в Италии в 1923 г. В последнем письме, посланным по тому же адресу 27 августа 1927 г., Зейнал сообщает, что, окончив Академию, не может найти работу, крайне нуждается и поэтому хочет переехать в Бразилию. В письме он пишет и о прибывшей из Баку его родной сестре Саре, и об обучающемся в Берлине Ибаде Алиеве. Кстати, в моем архиве сохранился мандат, выданный 11 июня 1921 года инструктору школьного отдела Наркомпроса Аз.ССР Алиевой Саре в том, что "она командируется в селение Бузовны для заведывания в течение трех летних месяцев детским домом, и квартира ее, находящаяся по Карантинной ул.29 (ныне Ази Асланова), ни уплотнению, ни реквизиции не подлежит. Подпись - Нарком просвещения Д.Буньятзаде".

Родная сестра Зейнал Абдина, Сара ханум, жила в то время в доме моего дедушки, вместе с эми гызы - моей мамой. Позже она вышла замуж, и у нее родились сын Талят и дочка Марьям, по мужу Арабовы. У меня сохранилась фотография Сары ханум с маленьким Талятом. Помню, во время войны Талят Арабов приезжал к нам в военной форме, был офицером. А что касается родного брата Зейнал Абдина - Джебраил бека Алиева, то, по рассказам моей матери, он был комендантом г. Гянджи и был убит в 1920-е годы.

Возможно в поисках работы Зейнал Абдин направился не в Бразилию, как он писал Джейхун беку Гаджибейли, а в родственную Турцию, где было немало азербайджанских эмигрантов, и там публиковал свои статьи, посвященные памятникам архитектуры и искусства - мировым шедеврам родного Азербайджана. В вышедшей в Турции, в 2-х номерах сборника "Азэрбайюан Йурд Билщиси", его статье "О прекрасных произведениях искусства Азербайджана" под псевдонимом "Скульптор Зейнал А.Сарай", он не только с большой тонкостью описал образцы древнего и средневекового искусства родного края, но и представил фотографии храма огнепоклонников в Сураханах, Дворца Ширваншахов с судилищем и ханской мечетью с видом на баиловский мыс, Девичьей башни, Ворот судилища ханского дворца и Бибиэйбатской мечети с мавзолеем.

В 1954 году в возобновившемся после 20-летнего перерыва этом же журнале была опубликована статья Зейнала "История святилищ азербайджанца Заратуштры", на этот раз под псевдонимом "Зейнал Аккоч". Было установлено, что это несколько сокращенный вариант той самой статьи Зейнала, опубликованной в 1934 году с измененным псевдонимом, но неизвестно, сделал ли это сам автор (конечно, он мог публиковать статьи под различными псевдонимами), и главное, был ли он к тому времени жив, либо это сделала редакция возобновившегося издания, ввиду большого интереса к материалу о памятниках искусства Азербайджана, что также подтверждает несомненный интерес к творчеству самого Зейнал Абдина. Появляются сведения и о том, что Зейнал Абдин приезжал на какое-то время в Баку, а после отбыл обратно в Европу, но эти сведения непроверены. Во всяком случае многое о дальнейшей судьбе Зейнал Абдина - где он жил, творил, и где умер - нам, к сожалению, неизвестно. По требующему уточнения одному из сообщений, он похоронен в Перудже, в Италии.

В 1988 году Н.Абуталыбова в опубликованных материалах знакомит читателей с выпущенными в Италии, в виде почтовых открыток, фоторисунками Зейнала Алиева, а М.Сулейманлы приводит изображения двух скульптурных произведений Зейнала - "Портрет неизвестного мужчины" и "Автопортрет", впервые найденных и предоставленных М.Алиевым, а также его скульптур - "Портрет молодого человека" и "Бетховен", предоставленных Рамизом Абуталыбовым, которые в 1920-25-х годах были изготовлены Зейналом в Италии. Есть также сообщения об изготовленном Зейналом бюсте баритона ленинградских театров Малевского и о других пока не найденных работах.

Как писал М.Сулейманлы, по найденным работам видно, что Зейнал работал, в основном, в стиле реализма, однако, по мнению скульптора Наримана Мамедова, чувствуется и влияние импрессионизма, которое особенно заметно в скульптурном портрете Бетховена. Конечно, найдена пока чрезмерно малая часть произведений Зейнал Абдина, чтобы можно было объективно рецензировать его работы, но можно надеяться, что в ближайшем будущем жизнь и деятельность Зейнал Абдин бека, его творчество, его скульптурные произведения будут шире представлены его народу, и тогда можно будет полнее говорить об их профессиональных особенностях.

А пока мы с полной определенностью можем утверждать, что в результате многочисленных изысканий энтузиастов истории азербайджанской культуры имя первого азербайджанского профессионального скульптора, автора первых нагрудных медалей, марок и государственных символов Азербайджанской Демократической Республики Зейнал Абдин бека Алиева возвращается своему народу.

--------------------------

В прошлом субботнем выпуске в данном материале вместо "Салам от Зейнала" следует читать "Салиме от Зейнала"